Дара побледнел.

– Неужели ты не помнишь, Дараявахауш? – Когда он не ответил, она улыбнулась ему грустной улыбкой. – Какая жалость. Я никогда не видела столь беспощадного раба. Ты был готовна все , лишь бы заслужить мое расположение.

Она смотрела на него с вожделением, но Дара отпрянул с болезненным видом. В Нари вспыхнула жгучая неприязнь к ифритке.

– Довольно, Кандиша. – Аэшма махнул своей спутнице рукой. – Мы не хотим наживать врагов.

Что-то защекотало Нари ноги под черной водой. Она не обратила внимания, глядя только на ифритов.

– Что вам нужно?

– Для начала чтобы ты вышла из реки. Там небезопасно, целительница.

– А с вами безопаснее? Когда мне пообещали это в Каире, ваш ифрит натравил на нас стаю гулей. В реке меня хотя бы никто не съест.

Аэшма дернул бровями.

– Какой неудачный выбор слов, бану Нахида. Водные и речные обитатели приносят вам обоим намного больше вреда, чем вам кажется.

Она нахмурилась, пытаясь разгадать его слова.

– О чем ты… – Она замолчала.

По реке прокатилась дрожь, как будто что-то невероятно огромное тащилось по ее илистому дну. Нари стала озираться по сторонам. Она готова была поклясться, что вдали увидела блеск чешуи, но мокрые блики скрылись так же быстро, как появились.

Ифрит заметил ее реакцию.

– Выходи, – уговаривал он. – Там опасно.

– Он лжет, – буквально прорычал Дара.

Дэв стоял неподвижно, с ненавистью уставившись на ифритов.

Второй, худощавый ифрит неожиданно выпрямился, по-собачьи принюхался к горящему воздуху, после чего бросился в кусты, где лежал убитый ифрит.

– Шакр! – вскричал он, недоуменно вытаращив светлые глаза, и прикоснулся к горлу, перерезанному Нари. – Нет… нет, нет,нет!

Он задрал голову и испустил истошный вопль, взорвавший небо, а потом склонился над мертвым ифритом и прижался лбом к его лбу.

Его горе застало Нари врасплох. Дара говорил, что ифриты – демоны. Она не подозревала, что демоны могут испытывать друг к другу какие-либо чувства и так эмоционально переживать горе.

Рыдающий ифрит утих, как только увидел ее лицо, и ненависть застила его золотой взгляд.

– Кровожадная ведьма! – обвинил он, вставая с земли. – Нужно было убить тебя в Каире!

Каир… Нари попятилась и остановилась, только когда вода стала ей по пояс.Басима. Это им была одержима девочка, это он обрек ребенка на смерть и натравил на них гулей. Ее рука потянулась к кинжалу.

Ифрит бросился на нее, но Аэшма успел перехватить его и швырнуть оземь.

– Нет! У нас был уговор.

Худощавый ифрит вскочил и хотел броситься на нее снова, шипя и щелкая зубами, не в силах вырваться из хватки Аэшмы. Ногами он выбивал искры о землю.