Я встал и изобразил на песке надпись с одной из книг.
— Перевод и ключ к остальным надписям на этом языке — и я передам твое предложение.
Дамиан замер, пристально изучая символы. Понимания в его глазах не появилось, но память тренированная: запомнит и дома зарисует. А потом покажет своим специалистам, если такие найдутся по данному вопросу. У него возможностей что-то выяснить куда больше, чем у меня. К тому же он никому ничего не должен объяснять и ни перед кем не должен отчитываться. Прощаться с ним я не стал, вышел так, тем более что в реале меня кто-то добивался по телефону.
Это оказался Постников. Его своевременный звонок настолько меня удивил, что я даже подумал, а не научился ли он подслушивать и разговоры в снохождении и сейчас предъявит мне за согласие на предложение Дамиана. Вины за собой я не чувствовал: не факт, что Дамиан вообще эту надпись разгадает, а если и разгадает, не факт, что Марта согласится на встречу. Уговаривать я точно не буду.
— Что случилось, Даниил? — осторожно спросил я.
— Химеры, — ответил он.
— В каком смысле химеры? — напрягся я.
— В прямом, мать его, смысле. Появились фотографии химер, уничтоженных на другом конце города, но подозрительно напоминающих эксперимент Вишневских.
Пару секунд я переваривал услышанное, потом решил, что о таком нужно говорить не по телефону.
— Ты где?
— Недалеко от тебя, но до тебя ни достучаться, ни дозвониться.
— Сейчас выйду.
Я еще раз проверил защиту на сейфе, после чего покинул кабинет и активировал защиту уже на его двери. Постников был рядом и молчал все время, что я ставил защиту. Пришлось его даже подтолкнуть:
— К нам эти химеры как-то относятся?
— Фото, скорее всего, фейковые, но сто пудов химер к нам привяжут, — уверенно ответил Постников. — Если Глазьевы запустят инфу, что мы торгуем документами Вишневских, то возможны крупные неприятности.
— Думаешь, запустят? Им же самим невыгодно, — засомневался я.
— Смотря как запускать. Кочергин мне уже звонил и угрожал.
— Почему тебе? — удивился я.
— Потому что до тебя он дозвониться не смог, у тебя обычный телефон отключен, а ему хотелось срочно кому-то поугрожать.
— Требует вернуть деньги? — понимающе усмехнулся я.
— Да, причем уже даже не часть, а все. Я ему сказал, чтобы не рассчитывал, пусть хоть заугрожается.
— Правильно сказал.
— Но я не уверен, что вброс от Глазьевых. Слишком много заинтересованных сторон. Отправителя нам установить не удалось, а Кочергин мог всего лишь воспользоваться случаем.
Я задумался.
— Странно, что Ефремов не звонит.
— Это-то не странно. Я ж сказал, фото фейковые. Портал, на котором они размещены, не слишком щепетильный: ставят все, что может принести им просмотры. Химеры просмотров нехило принесли. В коммах уже есть те, кто возмущаются тем, что сняли купол над нашим поместьем. Мол, теперь отсюда будут разбегаться монстры.