— Приличные люди так не поступают! — с ненавистью бросил он. — Верните мне украденное.
— Эээ, — протянул Постников. — По моим данным, вы благополучно добрались до машины и на ней же отбыли.
Машину мы решили не сопровождать, чтобы не спугнуть Глазьевых раньше времени, поскольку было в точности известно, куда Кочергин отбывал, да и метки на журналах стояли. Вспомнив о них, я тут же проверил: никуда не делись, стоят и удаляются от нас в сторону резиденция Глазьевых. Точное расстояние я определить не мог, но и направления было достаточно.
— Благополучно⁈ — взвыл Кочергин. — Верните либо деньги, либо записки!
— А не обнаглели ли вы? — удивился я. — Я не вселенское зло, за все грабежи в этом городе не отвечаю. Мы с вами совершили сделку, после которой ответственность за сохранность купленного перешла к вам. Мы вам ничего не должны даже в случае, если вас действительно обокрали, а не вы имитировали нападение.
— Какое там имитировал! — в сердцах выдохнул Кочергин, глядя с ненавистью почему-то на меня. — Сразу после первого перекрестка отсюда прижали к обочине, наставили артефакт, открыли дверцу и выдрали пакет, сволочи. Еще и пересчитали, что все журналы на месте.
— Кто? — спросил Постников.
— А я знаю? Под личинами были.
— Номер машины вы тоже не запомнили?
— Серый «Вал», номер грязью заляпан. — Кочергин тяжело опустился на стул и схватился за голову. — За что мне это? Егор меня убьет, как есть убьет.
— Вместо того чтобы страдать, вы бы сообщили ему о происшествии, — заметил Постников. — В ваших интересах остановить похитителей. Нам-то уже все равно.
— Я был уверен, что это вы.
— Даже в этом случае вы должны были в первую очередь проинформировать Егора Дмитриевича, — заметил я, — а не бежать к нам. Если бы мы решились вас ограбить, то вашего укоризненного «ай-яй-яй» было бы недостаточно, чтобы вернуть вашу собственность.
Похоже, Кочергин был уверен в обратном, и то, что мы не имели отношения к ограблению, оказалось для него весьма неприятным сюрпризом.
— А вы… — он помялся, но все же выдавил из себя: — Вы мне не поможете?
Признаться, от его наглости я несколько прифигел и не сразу нашел что ответить. За меня это сделал Постников:
— Увы, у нас нет возможностей крупных кланов, к одному из которых вы принадлежите. Чем скорее поставите в известность Глазьева, тем выше вероятность, что вернете свое.
— Почему Глазьева? — фальшиво удивился он.
— Олег Федорович, прекратите ломать комедию, — поморщился я. — У вас каждая секунда на счету, а вы теряете время на ерунде.
У нас тоже была каждая секунда на счету, но я не мог позволить себе звонить Ефремову при посторонних, поэтому делал вид, что меня не волнует ровным счетом ничего. Хотя… А чего мне волноваться? Деньгу у меня теперь при любом раскладе никто не отнимет. Разве что Ефремову выделить придется, как обещали, пятьдесят миллионов. Зато теперь не придется беспокоиться о том, что Глазьевы прибегут раньше меня. Нет, все складывается не так уж и плохо, а что журналы бесконтрольно гуляют, так по ним ничего не сделать. Работающего, разумеется.