Я промолчал. Зато Лазарев молчать не стал.
— Мы же тебя никогда не считали посторонним. Вот и сейчас приехали, чтобы помочь. Что делать собираешься с такой махиной?
Серый возмущенно засопел, намекая, чтобы я не расслаблялся, поскольку нас попытаются поиметь. Но я это понимал и сам.
— Осваивать, — невозмутимо ответил я.
— Боюсь, осваивать тебе придется так долго, что часть домов выйдет из строя. Предлагаю тебе сдать в аренду нам половину поселка, — не стал тянуть быка за рога Лазарев, сразу выдал, зачем именно он приехал. — Тебе много, а нам жилья рядом с городом не хватает.
— Андрюша, зачем так в лоб? — поморщилась его супруга.
— Чтобы сразу развеять иллюзии, если они у меня вдруг появились, Мария Тимофеевна, — усмехнулся я. — Но нет, не появились, и сдавать никакую часть поселка я не буду, это не обсуждается. Продавать тоже ни частями, ни целиком не буду. Ни вам, ни кому-то другому.
— Уже предложения были? — понял Лазарев.
— Были, — не стал я увиливать от ответа. — Отказал.
Лазарев обвел взглядом пустой поселок, который из-за нынешнего нежилого вида производил удручающее впечатление, неодобрительно покрутил головой и сказал:
— Слава, любой актив должен приносить доход. Это основа, — нравоучительно сказал Лазарев. — Ты же доставшееся тебе при случае имущество хочешь бездарно профукать. Ты с этим поселком уйдешь в такие минуса, что будешь с сожалением вспоминать мое предложение.
— Андрей Кириллович, — прервал я его, — вы постоянно повторяете, что вам моя судьба, как близкому родственнику, небезразлична и в то же время постоянно пытаетесь нажиться за мой счет.
Он смутился.
— Интересы собственного клана всегда стоят на первом месте, — вздохнул он. — Тебе предлагали войти в наш, если ты помнишь.
— Думаю, тогда бы вы меня эксплуатировали вообще нещадно, — усмехнулся я. — Сейчас я хотя бы от вас независим и всегда могу сказать нет.
— Слава, не надо делать из Андрея монстра, — вмешалась в наш разговор Мария Тимофеевна. — Мы действительно за тебя переживаем, и Андрей хочет помочь. А то, что это помощь будет выгодна и нам, это дело десятое. Это в нашем предложении не основное.
Говорила она убедительно, но я пускать сюда Лазаревых не собирался. Точно так же, как сейчас они упирают на родственные связи, чтобы их временно пустили пожить, они будут упирать и потом, чтобы их не выселяли. А выселить тех, с кем прожил бок о бок несколько лет, будет морально сложно. Это прекрасно понимал я, это прекрасно понимал и Лазарев. Разве что в отношении его супруги у меня были некоторые сомнения, очень уж искренней она выглядела, когда говорила о том, что за меня переживает.