В подвале нашёлся люк, за ним лестница. Спуск очень крутой, что вызвало у меня тяжёлый вздох.

— Тебя понести? — не могла не поиздеваться наёмница.

— Трость возьми, шутница.

Никакой охраны не было, что меня немного удивило. Настолько уверены в том, что их не найдут? Мы вышли в коридор, откуда сразу пахнуло больницей. В паре комнат лечили людей. В остальном это место вызвало у меня ассоциацию с бомбоубежищем. Стены из красного кирпича, полукруглый потолок, магические светильники разве что выбивались.

А Рейчел кивнула на группу из трёх парней в одежде горожан.

— Вон твой друг, можешь поздороваться.

Я не сразу признал в одном из трёх парней Химуро. Подстриженный, переодетый, вроде даже с лицом что-то сделали, он узнавался, только если пристально вглядываться. Он меня узнал куда быстрее.

— Като! — обрадованный бывший жрец вышел мне навстречу. — Я рад тебя видеть!

И без лишних предисловий обнял. Да, последние дни явно пошли ему на пользу, исчезла болезненность, он выглядел здоровым.

— А я-то как рад! — ответил я, выдержав первый напор чувств. — Смотрю, ты совсем оправился.

Он кивнул, мигом став очень серьёзным.

— Да. Спасибо тебе. Теперь у меня есть цель. А у моей жизни есть смысл.

Я крепко пожал ему руку.

— Я рад за тебя. Прости, сейчас нет времени нормально поговорить. Я чисто по делу.

— Да, конечно. Надеюсь, увидимся как-нибудь позже.

Рейчел, терпеливо ждавшая рядом, указала, куда хромать дальше. Я не старался много смотреть по сторонам, во избежание ненужных конфликтов, но что это была небольшая база, заметить смог. Человек на двадцать — тридцать. Если так подумать, то раньше с Минато мы встречались днём. Значит ли это, что работает он обычно по ночам?

— Сюда, — наёмница указала рукой на дверь.

И я попал в штаб… Сопротивления? Восстания? Террористической ячейки? Я пока не уверен, как именно их называть. Цели-то у Минато и Ко вполне благородные и в целом направленные в нужную сторону. Можно сколько угодно на каждом углу орать, что одарённые и неодарённые, очевидно, не равны в своих возможностях. И это действительно очевидно. И что? Вот правят одарённые, собравшись в кучки и обозвав себя родами, а затем в ещё большие кучки — города. Всё, так сказать, в естественном состоянии, сильные наверху, слабые внизу. И как? Наступило благорастворение и благолепие? Аристократы не только неодарённых за говно воспринимают, они и своих родственников продать готовы не поморщившись. А ради собственных хотелок, даже не выгоды, просто в угоду своим желаниям, готовы города в крови топить. Бронс тому пример. Или взять Белого Змея. Он, по-хорошему, должен меня или сам убить, или сдать тем, кто меня надёжно изолирует. Потому что я запросто могу быть бомбой, которая устроит Кровавую Ночь версия два, дополненная. Но что он делает? Ради своего интереса позволяет мне свободно ходить по городу и делать, что захочу. Плевать ему на меня, на Сигурэ, приставленную не столько для наблюдения уже, сколько для помощи, на свой род, на весь город. Его интересуют только свои исследования. И в каком месте Минато неправ, когда хочет отобрать у этих зажравшихся и потерявших всякие берега от вседозволенности, культивируемой поколениями, мудаков власть? Неправильно? Надо снять этих мудаков, а вместо них посадить других, правильных, с милыми лицами, но обязательно одарённых и точно аристократов? Ведь это естественный порядок вещей. Ага, смена одних свиных рыл, уже нажравшихся, другими, ещё голодными, точно всё изменит к лучшему.