«Астарта!»

От демоницы пришло ощущение, вызывающее ассоциацию с дрессированной собакой, подорвавшейся на зов хозяина и замершей в ожидании команды.

«Да? Я слежу за некромантом,» — отозвалась она.

«Что с моим даром?» — спросил я.

И чтобы не вызывать у наёмников вопросов, двинулся дальше, стараясь не ослаблять внимания.

«А что…» — начала было демоница.

А закончила смесью самых разнообразных эмоций, собирающихся в нечто вроде молчаливого грубого мата.

«Да это невозможно!» — наконец родила она связную мысль.

Я промолчал. Чего бы там со мной ни сделал коготь, выяснять я это буду завтра. И чем быстрее я здесь со всем разберусь, тем быстрее это самое завтра настанет.

«Но я не замечаю никаких изменений!» — продолжила Астарта. — «Заклинания проходят без искажения, всё будто бы нормально!»

«Это то, что бывает, когда связываешься с древними неведомыми артефактами непонятного назначения,» — проворчал я.

Раздражение внутри медленно нарастало. Харон имел сейчас все шансы умереть, просто попавшись мне на глаза. Более того, я уже готов был запускать какие-нибудь пробивные заклинания прямо в него, ориентируясь на чувство направления, даруемое демонессой. Тем более оставалось до него всего ничего.

Но в следующей зале, оборудованной под склад, меня встретил Гоша. Причём узнал я его только по лицу, и то с большим трудом. Полное отсутствие растительности, бледная с чёрными пятнами кожа, мутные глаза, ввалившиеся щёки и нос. Плечи раздались в разные стороны, а живот, наоборот, сжался, будто кишечник вообще удалили. Кто-то успел неплохо с ним поработать. Голый торс выглядел… Болезненно. Не вздымалась от дыхания грудь, и вместо мускулов из-под кожи выпирали какие-то конструкции.

— Като… — прохрипел Гоша. — Ты вс…

Воздушная коса врезалась ему в грудь. Но вместо расщепления отбросила назад до самой стены. Я не собирался тратить время на болтовню, однако убить… Впрочем «убить» для мертвеца не совсем правильное слово. Обезвредить его одной атакой не получилось.

Ожидаемо навалилась слабость. Некромант продолжал использовать проклятия, пусть и со сравнительно невысокой эффективностью. Гоша поднялся. В его движениях не было жизни, он не встряхнулся, встав на ноги, а двигался, как манекен. На лице не было эмоций. Мёртвая марионетка. Кукла.

Кукла, с выдвинувшимися из ладоней лезвиями.

Он прыгнул на меня, разом сокращая разделяющее нас расстояние на треть. Вторая воздушная коса ушла мимо, мертвец перекатился в сторону. Я сменил подход, по широкой дуге направив в него молнии. Но голубые разряды будто и не замечали мёртвого тела. Внутри него не было ни мышц, ни нервов, а если и были, двигался он исключительно благодаря магии.