— Ничего ты не можешь, — Громов засмеялся и сильно пнул его в голову. — Уведите его в подвал и проведите над ним эксперимент. Кто-то же хотел проверить, как слепые зомби ориентируются по запаху, — он засмеялся громче вместе с остальными офицерами. — И на цепь его, иногда буду приходить и смотреть.

Орущего Барона уволокли за ноги. От него осталась только лужа крови, растёкшаяся по каменному полу. Крики было слышно ещё долго.

— Хорошая работа, — сказал Громов. — А теперь выйдите все.

Офицеры ушли, чуть потолкавшись у двери. Но двое солдат с автоматами остались.

Что-то не так.

Но Гадюка уже понял. Они всё узнали.

Генерал сверлил полковника глазами.

— Обмануть меня решил? — тихо спросил Громов и покачал головой. — Мы проверили анализы и знаем, что ты укрывал женщину с иммунитетом. Зачем?

— Так было нужно, — ответил Гадюка.

Слишком рано они это просекли. Кто-то сдал? Или та женщина проговорилась?

— За такое вполне может быть смертная казнь, — продолжил Громов и скинул фуражку на стол. — Ты знаешь, что натворил? Чем рискнул?

— Знаю. Отдай уже приказ. Надоело ждать.

Гадюка сел на неудобный стул и похлопал по карманам мундира. Сигарет там не было, хотя сейчас бы не помешали.

— Нет, — Громов покачал головой. — Я помню, что тебе должен. И если бы не ты сейчас, мы бы не отбились. Я ценю твои заслуги, Лёха, и готов тебя простить. Но не просто так. Ты отправишься на точку «Внешний Рай», будешь курировать тот проект. А в бункере я тебе появляться запрещаю. Как только закончим работу с вакциной, будет понятно, что делать дальше.

Вместо казни ссылка. Странно, что всё так легко. Или нет?

— Я бы хотел забрать… — начал было Гадюка, но Громов его перебил:

— Запрещаю. Он останется здесь, как гарантия, что в дальнейшем ты не устроишь что-нибудь подобное. Ты слишком ценный для Альянса, чтобы от тебя избавиться. Ценнее, чем он. Но если это повторится, то больше никаких снисхождений.

— А попрощаться с ним?

— Нет. Тебя проводят. Летишь прямо сейчас, если хоть один вертолёт на ходу.

— Товарищ полковник, — один из двух автоматчиков с сержантскими лычками, многозначительно кашлянул.

— Удачи, полковник, — сказал Гадюка. — С тобой отправится Улицкий тебе на помощь.

Ему они тоже не верят. Но слишком мало людей, чтобы ими разбрасываться. У Улицкого здесь останется беременная жена. А у Гадюки… Понятно кто.

Он вышел вслед за солдатами.

Лилия

Лилия не могла поверить.

Всё кончено. Кречет проиграл. Возможно, его убили. А Аида сейчас на улице, мёрзнет, если не погибла. Что с ней будет?

Слёзы пытались прорваться, но Лилия их держала, хотя это было сложно.