Хотя нет, такой мразью я точно не стал.
Велиар о чём-то спросил связанного жнеца, выпытывая у него о том месте, куда они должны были полететь. А потом скинул его с крыши.
Только профессор вздрогнул, когда крик оборвался. Но уже через несколько минут спокойно продолжил разговор с Акимом.
На месте, куда мы прилетели, нас не ждали. Но они были готовы к любому гостю.
Было заметно, что Барон тщательно подготовился к встрече — превратил это место в укреплённую крепость.
Подходы заблокированы машинами, среди них грузовики, на которых стояли пулемёты. Дешёво и сердито, как постоянно делали всякие арабы во время бесконечных войн.
Среди пулемётов я даже заметил Утёс. Пусть и с погнутым стволом, но всё равно это жуткая машина для текущих условий.
Над крышами зданий видны пулемётчики и снайперы. Людей вокруг тоже полно, почти все с калашами.
Это полноценная военная база. Барон был намного сильнее и влиятельнее, чем я решил в первый раз.
Может быть, это подходящий союзник для того, что мы задумали?
В нас не стреляли, только держали на мушке. Велиар посадил машину на парковке. У него уже получалось намного лучше, почти полноценный пилот. Вертолёт только раз дёрнулся. Кейн, слушая винты, довольно улыбался.
Барон был здесь. Хромающий одноглазый толстяк шёл в нашу сторону в окружении целого взвода стрелков.
Я уже слышал, что Лилия сделала с тем глазом, что теперь скрывался за повязкой.
За то, что Барон хотел сделать с Лилией, он сдохнет. Я уже пообещал себе, что сам сожму его пухлую шею своими пальцами и буду давить, пока он не задохнётся.
Но потом. Сначала он вытащит Лилию живой из той базы.
Увидев меня, Барон вздрогнул. Он недоуменно посмотрел на Велиара, Кастета, профессора, Рудого.
— Я же говорил тебе, что доставлю вертушку, — Велиар засмеялся. — Правда, возникли затруднения.
— Затруднения? — выдавил Барон, краснея от ярости. — Какие затруднения? Какие, мать твою…
— Барон! — раздался истошный вопль. — Ещё вертушки!
— Это вы их привели? — спросил Барон.
— Нет, — ответил я. — Это должно быть…
Три Ми-24 показались над новостройками. В их сторону уже начали разворачивать пулемёты, но вряд ли это поможет, вертолёты были слишком далеко.
А потом боевые вертушки начали стрелять.
Кречет
От взрывов землю начало трясти. В лицо мне ударил жар от огня.
Так совсем дико. Одно дело, когда прилетевшая вертушка сжигает боевиков. Совсем другое — когда в роли боевика я сам.
Вертолёты продолжали выпускать неуправляемые ракеты, которые с шипением пролетали над нашими головами. Самих вертушек уже не видно из-за дыма, но ракеты долбили совсем рядом с нами. Каждый взрыв отдавался внутри. В ушах звенело, в правом будто кто-то поковырялся острой иголкой.