— Вполне, — сказал Гадюка.
Ещё десять добровольцев. Но он пойдёт и на это.
А сейчас надо поговорить кое с кем. И предупредить в важности молчания. Или они станут новыми добровольцами. Гадюка сразу хотел так сделать, но его уговорили отменить решение. Пора на встречу.
Гадюка пошёл ко входу, но услышал крики боли позади. Дурак-механик испугался и слишком далеко отошёл от кровати. Усиленный бегун его учуял.
Крики стихли быстро.
Энн
Энн и Агнешу вывели из карантинной зоны и провели в отдельный кабинет. Внутри в нос сразу ударил запах курева, но уже старый, просто въелся в мебель. На старом столе лежали бумаги, закрытые прозрачным оргстеклом.
Агнеша сидела рядом. В последнее время, ей что-то всё чаще становилось плохо, хотя доктора никак на этот счёт не тревожились. Вот и сейчас она сидела, очень бледная, но держалась.
— Подождите немного, — охранник, который привёл их сюда, очень вежливый парень, вышел за дверь.
— И о чём мы будем говорить? — вполголоса спросила Энн. — Интересно.
— О том случае, — пробормотала Агнеша. — Наверняка о том случае.
Дверь открылась. Вошёл тот жуткий полковник с обожжённым лицом и повязкой на глазу. Агнеша начала вставать.
— Сидите, — сказал полковник хриплым голосом и прошёл к своему креслу.
Оно тихо скрипнуло, когда полковник уселся. Энн присмотрелась к этому человеку. Он старый, ему уже под пятьдесят. Но не такой старик, как Гектор. Интересно, а у него глаз слепой или же его просто нет… Нет, неинтересно, лучше не смотреть.
Рудый тогда вернулся с повязкой на глазу. Где же он сейчас? Зря они тогда отпустили его вместе с Велом. Все затворники уже здесь, но ни следа ни Рудого, ни Вела. Они отказались переселяться? Но Рудый бы точно не оставил их в этом месте.
«И не бросил бы Агнешу» — прозвучала в голове неприятная холодная мысль. Энн покосилась на соседку. Та сидела, выпрямив спину и сцепив на коленях руки. «Прямо как прилежная ученица на уроке литературы» — подумала Энн, и чуть заметная ехидная улыбка искривила ее губы. Она постаралась отогнать прочь ненужные мысли и сосредоточиться на предстоящем разговоре.
— Нам нужно поговорить об одном случае, — полковник положил руки на стол.
У него ногти жёлтые, как у заядлого курильщика. Зубы тоже. Но пепельница, стоящая на столе, была чистой и недавно отмытой.
Полковник кашлянул.
— Мы вас слушаем, — вежливо сказала Агнеша.
— Тот случай произошёл впервые, — начал полковник. — До этого никогда не было конфликтов между жильцами бункера и охраной. Я не хотел этого говорить, но придётся. Нет причин держать вас в изоляции, а Рика я уже отпустил, когда объяснил ему ситуацию. Теперь ваша очередь.