Лиза побледнела.

— ЧТО ЗА…

Она резко посмотрела на Плюма, который невинно моргнул, словно говоря: «Я просто следую приказам!». Днём она пыталась списывать это на случайность. Но под вечер… Нет. Это был саботаж.

Но как⁈ Её магия должна была полностью подчинить Плюма! Злость клокотала в ней, но усталость брала своё. Нужно было передохнуть. Когда она уснула, Плюм, уютно устроившийся рядом, на секунду приоткрыл глаз, убедился, что хозяйка мирно спит, и тихо, на цыпочках, выскользнул за дверь.

Он, не торопясь, с явным удовольствием выбрался наружу, переливаясь в ночи мягким светом, и направился обратно ко Льву Морозову, истинному своему хозяину. Хватит с него этого спектакля!

Караваев сидел в своём роскошном кабинете, задумчиво постукивая кончиками пальцев по массивному деревянному столу. Офис, расположенный на верхнем этаже лучшего отеля в Крыму, был оформлен сдержанно, но со вкусом: дорогие породы дерева, кожаные кресла, огромный панорамный вид на ночной город. На стене висела большая карта полуострова, испещрённая метками его владений. Почти весь юг был уже под его контролем, кроме одного маленького, но чертовски назойливого пятна — поместья Морозовых.

На столе перед ним стоял старый радиоприёмник, стилизованный под антиквариат. Однако это был не просто красивый предмет интерьера, а высокотехнологичное средство связи, настроенное на защищённую частоту. Только самые доверенные люди знали, как с ним связаться.

Приёмник ожил. В динамиках раздалось приглушённое помехами дыхание, затем голос Медведя — низкий, глухой, будто пробитый сквозь гравий.

— Общак ушёл.

Караваев на мгновение замер. В следующий момент его пальцы судорожно сжали подлокотник кресла.

— Что значит «ушёл»? — его голос был тихим, почти ласковым. Самое опасное состояние.

— Вчера в баре произошло… Непредвиденное. Деньги теперь у барона Морозова.

Тишина в кабинете стала почти осязаемой. Единственным звуком был гул ночного города за окнами. Караваев медленно выдохнул. Морозов. Этот выродок.

С каждым словом Медведя его ярость только росла. Сколько лет он терпел этих упрямых Морозовых? Сколько раз предлагал выкупить их поместье, избавить от долгов, закрыть все вопросы? Но этот щенок — последний в своём роду! — каким-то чудом не только держался на плаву, но и осмелился бросить ему вызов.

Его пальцы с силой сжались в кулак. Он терпел это слишком долго.

Караваев давно выстраивал планы, готовился к тому, чтобы снести эту проклятую фамилию с карты Крыма, но до сих пор был терпелив, действовал через юридические и финансовые рычаги. Ведь у него были законные основания — долг Морозовых перед ним был огромным, и официально это выглядело как обычное дело.