— Где сидят? Как найти?
— Бордель «Между булочек». Сверху там мапы, хоть и паршивого качества, из брака, а внизу — «мясо».
— Под кем они ходят?
— Боз Киралик. У него на Средке много бардаков, в основном легал, но есть и такие… Он крутой, токов немеряно, всем проплачено, никто не рыпнется! Тиган, лучше просто токи возьми, и…
— Уверен, что точно место указал? А то…
— Клянусь! Развя…
Я нажал кнопку, крик утонул в тумане, самого падения не услышал, высоко.
Со Средки вниз постоянно всякое говно сбрасывают. Низовые стараются под ней лишний раз не ходить.
«Мясные» бордели — крайм даже для крайма. Не то, от чего можно легко отмазаться, немного отбашляв полисам. Но денег приносят столько, что все риски отбиваются многократно. Мапы, если верить тем, кто пробовал, дичайше хороши, исполнят тайные хотелки, реализуют любые фантазии и позволят всё, что угодно. Но это ренд, мозги отключены. Дают, но не понимают. А есть клиенты, которым надо странного. Унижать. Доминировать. Пугать. Делать больно. Издеваться. Мапа — киб на женском шасси, её ничем не обидишь, боль она воспринимает как неисправность и вызывает техника, который выписывает зарвавшемуся клиенту счёт за порчу оборудования. Плакать, дрожать от ужаса и кричать: «Не надо, отпустите!» — она не станет, а есть те, кто готов платить именно за это. В основном, вершки, если верить слухам. Чем-то им, богатым до омерзения тварям, милы такие развлечения. Никлай говорит про «неизбежность моральной деградации нефункциональных псевдоэлит», но он много говорит такого, чего я даже не пытаюсь понять, просто запоминаю дословно, чтобы учитель не расстраивался.
Токов у вершков немеряно, так что всегда находятся те, кто им всё организует. На «мясо» идут низовые девчонки (иногда и пацаны), которых чаще всего разводят на «лёгкие токи». Типа «зачем тебе ренд, красотка, за натуру тоже неплохо платят, получишь удовольствие, заработаешь, а там, чем Креон не шутит, может, и подцепишь себе вершка». Вот вроде все знают про «мясо», а всё равно некоторые дуры покупаются. Иногда девчонок просто ловят на Средке, а иногда вот так, выкупают у их же корпы. Потом, конечно, никаких токов никто из них не получает, держат в подвалах, пока за них кто-то готов заплатить, а в конце отправляют в разборку, на органы. «Мясо» — путь в один конец, никто не выпустит девку, чтобы она побежала к полисам и сдала точку. «Мясные» бордели периодически накрывают, и те, кто попался, заезжают на штрафной ренд, но вершкам при этом ничего не грозит, они же вершки, так что пока у вершков есть токи, эта карусель продолжается.