«Он прибыл сюда уже после начала 'Праздника снов»?
«М-м, он упоминал, что первоначально его заданием было расследование некоего дела в первобытных джунглях вокруг порта Пайлос, а затем он получил срочный приказ и разобрался со связным Сисо… Неужели то, что он расследовал, связано с Чёрной древней гробницей? 'Фракция Воздержания» относится к Пути «Пленника», а род Эггерсов — потомки бога Смерти. Вполне естественно, что Чёрная древняя гробница и ледяной труп внутри привлекли этого Эггерса из «Фракции Воздержания»…
«Ивелиста Эггерс столкнулся с „Праздником снов“, когда искал то первобытное племя в джунглях?»
Анализируя причины появления Ивелисты, Люмиан сквозь тени разглядывал выражение его лица.
Он увидел, как бледное лицо члена «Фракции Воздержания» исказилось несказанной свирепостью, а тёмно-карие глаза излучали звериную злобу, окрасившись в тусклом свете Алой Луны кровавым отливом.
«Хоть на него и не влияют проекции во снах, порождённые крайними эмоциями и желаниям, но находясь на „Празднике снов“, ему всё равно трудно контролировать себя и соблюдать воздержание…» — Люмиан ничуть этому не удивился.
Людвиг и Колобо были тому наглядным примером.
Учитывая текущее состояние Ивелисты, Люмиан не стал выходить из тени, терпеливо ожидая, пока тот покинет эту область, а звук шагов затихнет вдали.
«Судя по направлению, он тоже идёт к Чёрной древней гробнице…» — Люмиан вернулся в человеческую форму, встал на заросшую сорняками тропу и уставился в сторону, где скрылся силуэт Ивелисты.
Он поднял правую руку и с громким щелчком пальцев произнёс:
«Можно выходить».
Камю, Рия и Лугано один за другим покинули свои укрытия, причём первый нарочно сходил разбудить Амандину.
«Продолжаем?» — спросила Амандина, глядя на Люмиана.
Люмиан без колебаний ответил:
«Продолжаем».
На этот раз они продвигались ещё более осторожно, ежесекундно следя за обстановкой вокруг.
Спустя ещё три-четыре минуты Люмиан, готовый к встрече с Ивелистой и Реасой, следуя указаниям Амандины, прошёл сквозь просвет между несколькими исполинскими деревьями.
Его взору предстал чёрный, огромный, знакомый камень.
На первый взгляд это был монолит размером с дом, но при пристальном рассмотрении можно было заметить покрывавшие его узоры, ненормальные выпуклости и впадины, а также нитевидные щели, недоступные глазу обычного человека.
Это действительно был не просто камень.
Вокруг чёрного монолита из-под земли пробивались обрубки древесных корней, заполнившие пространство размером с площадь; они походили на вздувшиеся человеческие вены, но давно отмершие, высохшие и сжавшиеся.