За несколько секунд до этого, услышав слова Луи Бери, Амандина с некоторой растерянностью и одновременно с возбуждением захватила его своей цепью духовной фиксации.
Раз ты сам так сказал, тогда я стесняться не буду!
В её духовном чутье душа Луи Бери переплелась с мрачным призрачным телом, превратив все уголки его плоти в поле битвы и ведя жестокое противостояние, однако истинный хозяин явно уступал.
В такой ситуации Амандина никак не могла отделить их друг от друга.
Она смутно поняла, почему Луи Бери только что отдал такое распоряжение, и включила в духовный захват своей духовности его голову вместе с сплетённой воедино душой.
А Люмиан, заставивший Амандину применить способность на нём самом, произнося слова с расстановкой, с трудом двигал левой рукой, засунутой в карман.
Его левая рука была погружена не в карман брюк и не в карман куртки, а в «Вещмешок путешественника».
Добравшись до церкви Святого Сиена с внешней стороны и взломав витражное окно, Люмиан сразу же засунул левую руку в «Вещмешок путешественника», готовый в любой момент извлечь подходящий Волшебный предмет.
Это была подготовка к предстоящему бою, который мог вспыхнуть в любой момент.
— Если бы это был не сон, его левая рука по-прежнему находилась бы в кармане одежды, где лежал палец господина K.
Прежде чем «Мстительный дух» полностью захватил контроль над его телом, Люмиан, опираясь на прочность души «Жнеца», из последних сил извлёк из «Вещмешка путешественника» одну брошь.
Это была серовато-белая брошь в форме молнии — «Гнев моря»!
Люмиан крепко сжал эту брошь и увидел, как Амандина прислонилась к боковой стене, сжала кулаки и закрыла глаза.
Его мысли внезапно размылись, а веки тяжело сомкнулись.
Он погрузился в сон и медленно начал сползать вниз.
Находившийся внутри его тела священник Кали вслед за этим замер без движения.
Этот «Мстительный дух», похоже, тоже уснул — неизвестно, умел ли он спать сам по себе или же подвергся обратному воздействию оттого, что обрёл тело.
Амандина открыла глаза и с радостью увидела эту картину, едва удержавшись от похвалы в собственный адрес.
Раздалось трескучее «пи-ли-па-ла», и отделившаяся от стрелы Рии молния ударила в Люмиана, превратившись во множество тонких электрических змеек, расползшихся во все стороны.
Это был негативный эффект броши «Гнев моря»!
Она приводила к тому, что даже если Люмиан просто носил её с собой, при выходе на улицу в дождливый день существовала немалая вероятность получить удар молнией, а уж если надевал её и не атаковал других людей, возможность подвергнуться подобному возрастала ещё сильнее.