«Оказавшись в Новом Городе Серебра, вы всё ещё можете выращивать „чернолистку“? Выращиваете под землёй?» — Хотя Лумиан и не был «Земледельцем», он вырос в деревне и знал, что растения из экстремальных условий, попав в нормальную среду, с высокой вероятностью погибают.
Ливалье улыбнулся:
«Можем! Она способна расти в любых условиях. Конечно, мы попросили кое-кого улучшить семена „чернолистки“, чтобы она лучше приспособилась к нынешней среде. Её вкус на самом деле сильно изменился по сравнению с прежним — она стала ещё, ещё вкуснее! Попробуй, снаружи такого пива не сыскать, да и мы сами выращиваем её не так много — в основном ради памяти о прошлом.»
Лумиан с большим интересом поднёс пивную кружку к губам и сделал глубокий глоток.
Сначала он ощутил обычный, слегка легковатый солодовый аромат, затем в мягкой сладости проявилась травяная свежесть с лёгкой пикантностью, и, наконец, во рту разлился едва уловимый молочный привкус.
«Неплохо, очень необычные и отличные впечатления.» — Лумиан не поскупился на похвалу.
С любопытством он спросил:
«А есть крепкий алкоголь из „чернолистки“?»
Ливалье слегка помрачнел и покачал головой:
«Мы, жители Нового Города Серебра, считаем, что пьянство — это падение, распущенность и расточительство пищи, поэтому отказываемся от крепкого алкоголя.»
Сказав это, он сделал паузу:
«К тому же „чернолистка“, похоже, не очень подходит для варки алкоголя: даже если делать из неё пиво, от избытка возникают галлюцинации. Я за раз выпиваю максимум три кружки.»
Обладает слабой токсичностью? А ведь жители Нового Города Серебра на «Земле, покинутой богами» выживали поколение за поколением именно благодаря этому растению, как же нелегко им приходилось… Лумиан вспомнил редкие шутки сестры, приподнял уголки губ и сказал:
«Если перепить, увидишь пляшущих человечков?»
Ливалье немного подумал и сказал:
«Нет, галлюцинации в большинстве случаев разные: кто-то видит, как жена даёт ему пощёчины, кто-то слышит крики умерших родственников, а кто-то находит лежащего на обочине младенца, который громко плачет…»
Лумиан сейчас не мог слышать ничего о плаче младенцев, поэтому мигом утратил интерес и перевёл разговор на вкус пива из чернолистки.
Допив эту кружку, он ещё раз сходил в уборную, а затем покинул бар, намереваясь воспользоваться хорошим дневным солнцем и прогуляться по Новому Городу Серебра, а ближе к вечеру «Телепортироваться» обратно на «Ягоду», стоявшую на якоре в порту Гант.
Между домами с небольшим количеством этажей, но необычайно высокими, ходили в основном «полугиганты»; изредка попадались один-два «гиганта» ростом более трёх метров, а тех, кто был ниже одного метра восьмидесяти сантиметров, практически не встречалось, за исключением совсем юных с детскими лицами.