Его силуэт исчез с бортов «Ягоды», устремившись сквозь хаотичные и накладывающиеся друг на друга цветовые пятна; время от времени он ощущал на себе взгляды с непонятным смыслом и видел неописуемые сущности.
Неизвестно, сколько прошло времени, когда Люмиан наконец добрался до области, соответствующей этим координатам мира духов, и сделал шаг наружу.
Первым, что бросилось ему в глаза, были высокий купол, светлые стеклянные окна и настенные росписи, изображающие эпические сказания.
Следом Люмиан увидел в глубине зала сгусток солнечного света.
Почувствовав некое озарение, он шагнул в том направлении.
По мере того как он шёл, он увидел, как солнечный свет «расползается» навстречу; повсюду, где он проходил, не оставалось ни единой тени, ни проблеска тьмы.
В следующую секунду Люмиана окутал солнечный свет.
У него тут же возникло ощущение, будто его кожу, плоть, кости и внутренности пронзил чистый солнечный свет, выставив душу напоказ.
Клочья иллюзорного чёрного тумана извлекались солнечным светом из его души и тела; они оскаливали когти и растопыривали лапы, и на каждом проступали черты лица Люмиана — свирепые, страдальческие, умоляющие или угрожающие.
Всего за несколько секунд этот чёрный туман, не в силах сопротивляться, был полностью растворён солнечным светом.
В то же время сердце Люмиана заныло от боли, а в левой части груди вспыхнул жар.
Ослепительный и пылающий солнечный свет, казалось, вознамерился изгнать и очистить дочиста и то, что таилось там.
Сквозь резкую боль в сердце Люмиан смутно чувствовал, как печать в левой части груди меняется, скрывается, подстраивая себя под солнечный свет.
Прежде чем эта попытка увенчалась успехом, солнечный свет сам собой померк и прекратил воздействие.
Он отступил, подобно приливу, сжавшись обратно в глубины зала.
Люмиан мгновенно вернулся в норму; если не считать остаточного дискомфорта в сердце, всё его тело ощутимо расслабилось, а на душе стало легко и просторно — словно после долгой, давящей и мрачной жизни на него вдруг повеял утренний ветерок и показалось восходящее солнце.
Вслед за этим он обнаружил, что в глубине зала стоит мужчина в простой белой мантии, необычайно высокого роста.
Люмиану показалось, что тот очень молод, на вид ему было лет двадцать два-двадцать три, ростом под два метра с лишним, от него веяло мощным давлением, но вместе с тем и глубоким спокойствием, а коричневато-жёлтые волосы были аккуратно уложены.
«Остаточная скверна на твоём теле полностью очищена,» — произнёс высокий мужчина на древнефейсакском языке.
Люмиан, имея определённые догадки, спросил: