«Похожее чувство уже возникало раньше… Точно! В городке Дадель мы с Лугано незаметно для себя игнорировали саму возможность сбежать и всё время искали предлоги, чтобы войти в городок и расследовать безумие.» Мысли Лумиана стремительно пронеслись, и его внезапно озарила догадка:
Та женщина, которую он видел только что, плачущая женщина с «Перелётной птицы» — и была источником безумия, вырвавшимся из-под контроля гуманоидным запечатанным артефактом!
Покинув городок Дадель, она добралась до порта Гати и поднялась на борт «Перелётной птицы»!
'Она инстинктивно влияет на мысли окружающих людей, заставляя нас забывать о помыслах, которые могут представлять для неё угрозу? Но ведь для этого нужно постоянно отслеживать психическую активность каждого человека, верно?
«Или же, как раньше предполагал Энтони, она естественным образом даёт ментальное внушение каждому приблизившимуся, каждому спутнику на корабле, заставляя нас игнорировать её существование, так что даже если случайно заметишь её, то, повернув голову, тут же забудешь, а все попытки связаться с силами Высших Последовательностей будут 'добровольно» забыты или оставлены? Хм, эта Высшая Последовательность определяется не ею самой, а нашим собственным восприятием: если мы считаем это Высшей Последовательностью, значит, так оно и есть…
'Когда она сошла с корабля и перестала естественным образом непрерывно воздействовать на нас внушением, мы благодаря ассоциациям, вызванным другими вещами, смогли вспомнить упущенные вопросы…
«К счастью, этот запечатанный артефакт так и не проявил безумия на борту 'Перелётной птицы», иначе я мог бы уже утратить укрощение и превратиться в монстра…
«Так 'Живодёра» Роле испугал не только я и Людвиг, но и она? Хе-хе, если взглянуть на это с точки зрения «Живодёра», выходит весьма забавно: специально выбрал обычное торговое судно для грабежа, но стоит показаться на поверхности воды, как ощущаешь сразу три источника злобы, один опаснее и кошмарнее другого, словно растревожил осиное гнездо. В такой ситуации ничего другого не оставалось, кроме как поскорее уносить ноги.
«И те странные рыбы — „лоцманы смерти“ — тоже были привлечены ею?»
Лумиан сначала почувствовал запоздалый страх, но затем ощутил некое удовлетворение.
Это доказывало, что в бедствиях, обрушившихся на «Перелётную птицу», его собственный вклад был лишь ничтожной каплицей, как говорила Аврора, и за всё путешествие лишь дело «Колдуна-Демона» действительно было вызвано им!
Такую частоту Лумиан вполне мог принять.