Мир наполняется красками, время возвращает привычный бег, и приходит чудовищная боль. Она безжалостно вгрызается в грудь стальными когтями и разрывает ее на части. В глазах темнеет. Я делаю несколько шагов к краю крыши и смотрю вниз. В центре оцепленной полицейскими площадки, опершись на полированный бок красного Руссо-Балт-Спорт, стоит Ольга Трубецкая. Ее взгляд устремлен на меня, а радужки светятся двумя синими сапфирами.

В воздухе материализуется крутая лестница. Морщась от боли, спускаюсь по синим светящимся ступеням и останавливаюсь перед княжной у распахнутой двери спорткара.

— Садись! — приказывает она и занимает водительское сидение.

— Мы уже на «ты»? — спрашиваю я с искренним безразличием и падаю в перфорированную кожу, едва сдерживая стон.

— А у тебя есть возражения? — Трубецкая выгибает бровь.

— Никаких! — я качаю головой. — Следила за мной?

— Приглашения на кофе ждала! — она улыбается. — Как малолетняя дура при виде сказочного принца!

Ольга мягко жмет на газ, и мы подъезжаем к оцеплению. Девушка предъявляет светящийся фиолетовый прямоугольник с голограммой двуглавого орла, и дородный полицейский в высокой фуражке отдает команду снять ограждение. Наш Руссо-Балт выезжает на Садовое кольцо.

— Куда едем? — спрашивает Ольга, не глядя на меня. — Ты уже принял решение?

— Похоже, его только что приняли за меня! — я горько усмехаюсь и кривлю губы от боли. — Могу предложить чашечку кофе в моих апартаментах!

Кабриолет несется по Садовому, а я, откинув голову на подголовник, смотрю в ярко-голубое небо. Летящего над облаками сокола я угадываю или воображаю. Он парит в недосягаемой высоте и все также свободен. В отличие от меня.

Закрываю глаза и вижу Мину. Ее пустой, ненавидящий взгляд. И недрогнувший палец на спусковом крючке. Я не любил ее. Наверное, не любил. Но выстрелить в нее не смог бы. Наверное, не смог бы.

Темнота принимает меня в свои ласковые объятия, и мысли растворяются в ней без остатка вместе со всепоглощающей болью.

Я прихожу в себя в своих апартаментах в Высотке Шуваловых. Зеркало на потолке отражает мое обнаженное тело и Трубецкую, сидящую на краю кровати. Она водит ладонями по моей груди, и я физически ощущаю вливающиеся в меня потоки энергии. Пытаюсь пошевелиться, но тщетно — я нахожусь в стазисе, а боль исчезла. Все повторяется, даже жесткий стояк, только в предыдущий раз целителем была Наталья Романова.

— Закрой глаза и успокойся, — сосредоточенно просит Ольга. — Серьезных повреждений нет, а трещины в ребрах я почти зарастила. И не беспокойся: к твоим драгоценным гениталиям даже не прикасалась, эрекция — это побочный эффект лечения у мужчин.