По коридору я бреду как во сне. Окружающая действительность кажется длинным, непрекращающимся сном. Детская мечта неожиданно сбылась. Я — высший одаренный. Такой же, как многочисленные сиреневоглазые Шуваловы, взирающие на меня с портретов. Возможно, кто-то из них — мой отец.
Захожу в апартаменты. Трубецкая уже ушла. На смарте сообщение, пришедшее с неизвестного номера.
«В Храме Разделенного. Сегодня в 13:00. Вопрос твоей жизни и смерти!».
— Эта футболка тебе не подходит! — решительно заявляет Трубецкая и морщит свой идеальный носик. — Снимай!
Пожимаю плечами и послушно выполняю распоряжение дамы, оставаясь в одних трусах.
— Тебе нужны приталенные модели, подчеркивающие достоинства фигуры! — она загадочно улыбается и обнимает меня за плечи.
Пристально глядя в глаза, проводит большими пальцами по шее, опускает руки на грудь, а затем нежно гладит кубики пресса. Ее ладони обхватывают мою талию, медленно движутся вниз и останавливаются на бедрах.
— Ты меня соблазняешь, что ли? — спрашиваю я с усмешкой, глядя на отражение аппетитной попы Ольги в зеркале за ее спиной. — Серьезно?
— Проверяю на стойкость! — говорит она, вскинув брови, и я получаю легкий щелчок указательным пальцем по лобку. — Теперь надевай те, что выбрала я!
Вкус у княжны Трубецкой отменный, и астрономические ценники это подтверждают. Примерочная кабина вип-зоны ГУМа стремительно заполняется одеждой, которую приносят и уносят смазливые и услужливые продавцы.
— Привыкай не смотреть на цены, — говорит она, поправляя ворот очередной футболки, — за все платит Род. Ты теперь на полном обеспечении Фиолетовых!
— Но это же просто тряпки! — возражаю я. — Какая разница…
— Ты часть Великого Рода! — прерывает меня Ольга. — И должен соответствовать высокому статусу в обществе! Соответствовать во всем!
Она берет меня под руку и с удовлетворением смотрит в зеркало. Фиолетово-синяя майка прекрасно гармонирует с цветом наших глаз, а мои и без того широкие плечи визуально увеличиваются до всем известной косой сажени.
— Соответствуем? — спрашивает она с приторно-сладкой улыбкой на устах.
— Ощущаю легкий диссонанс, — отвечаю я, картинно надув губы. — Мои плавки не подходят к платью. — Нужно либо уменьшить глубину твоего декольте, либо разорвать мой гульфик!
— Джинсы надевай! — приказывает Ольга и бросает лукавый взгляд на безразмерную стопку. — Зауженные даже не меряй — в паху жать будут!
После примерно двадцати итераций, сопровождаемых едкими комментариями Ольги, на обитых черным бархатом пуфиках появляется несколько отобранная брюк. Коробки с обувью и пакеты с носками сложены рядом. Вздыхаю с облегчением и поворачиваюсь лицом к мучительнице.