— Изволите показать, как перезаряжать это устройство?

Великий Князь Александр Александрович стоял рядом со мной, потирая уши. По моему совету он затолкал в уши скатанные шарики из ваты. Само собой, что старая-добрая православная вата даже близко не обладала теми шикарными способностями по сохранению органов слуха, которыми могли похвастаться современные мне активные наушники, но это помогало не оглохнуть от такой продолжительной стрельбы. Всё же патроны от «трёхлинейки» бахали будь здоров, напоминая паровой молот, обрушивающий свою мощь на громадные наковальни.

— Само собой, Александр Александрович.

Стоило всячески угождать младшему брату императора. Именно от этого человека со стальными глазами зависело очень и очень многое. Фактически, его рукой и приказами был создан конструкторский центр «Марс», а также начато постепенное перевооружение Русской Императорской Армии. Этот Рюрикович отличался удивительной воинственностью, и в последнее время всё больше и больше появлялось слухов того, что вместе с собственными телохранителями успел принять бой в последние пару месяцев мексиканско-команчского конфликта. Конечно, некоторые из представителей высшего круга власти яростно этот факт отрицали, но и слухи шли не со страниц жёлтой прессы, а из уст некоторых командиров-добровольцев, успевших себя проявить во время короткого, но ожесточённого конфликта на американских землях. У некоторых дворян и вовсе появилось мнение, что его императорское высочество Рюрикович Александр Александрович родился не в то время. Ему бы одеться в доспехи, вскочить на вороного коня с булатным мечом в руках, да пойти лично рубиться с врагами государства на любых рубежах, но вместо полководческой жизни ему всё больше приходилось выступать в качестве военного администратора, следя и курируя развитие армии.

Александр Александрович мне откровенно нравился, и я очень надеялся, что со стороны брата монарха есть ко мне определённые симпатии. Потому-то я подробно рассказал о каждом рабочем узле пулемёта, не избегая чисто технических терминов. Большей части людей было бы на них всё равно, но вот великий князь таких терминов не пугался и скорее даже считал их важными. Складывалось ощущение, что он сам был бы не против выступить в качестве конструктора, но чего-то опасался.

Пока я возился с терминологией и тренировал князя в использовании пулемёта, то рядовые быстро заменили разбитые в труху мишени. Кто-то из его слуг хотел было постелить для Александра Александровича нечто более мягкое, чем простая солдатская шинель, выступающая в качестве настила, но Рюрикович лишь отмахнулся, не побоявшись запачкать свой мундир. Он, наоборот, с большим удовольствием улёгся на живот, потянул на себя затвор, прижал мощный деревянный приклад пулемёта к плечу и плавно потянул на спуск. Пулемёт застрочил короткими очередями. Скорострельность была достаточно удобной для того, чтобы спокойно отсекать короткие очереди. Великий князь удивительно быстро подстроился под темп стрельбы, широко при этом улыбнувшись. Я же, вооружённый биноклем, стал наблюдать за тем, как претендент на престол стал класть очередь за очередью очень метко. Можно сказать, что на три сотни метров он умудрялся класть очереди в диаметр человеческой головы.