Почти весь обед прошёл в несколько напряжённой обстановке. Елизавета продолжала дуться, и я, чтобы вновь не ляпнуть ничего лишнего, предпочёл уйти в тень, переложив ответственность за доклад графу на Шарапа Володовича.

Тот расписал всё честь по чести, естественно, разумно умолчав про то, что Непряхин поведал нам про убийство гоблинов, и после, в жандармерии, я успел пообщаться с душами этих вымогателей-неудачников.

Миассов инспектора похвалил. Как хорошо, сказал, что судьба привела нас сюда, в его вотчину, ну а мы, как и до́лжно, с тщанием да прилежанием взявшись за дело, смогли обелить честного человека и выявить истинного виновника злодейства. После чего граф, велев наполнить бокалы шампанским, произнёс пламенный и весьма пафосный тост в честь таких замечательных нас, великих сыскарей и верных подданных Селябского герцогства.

Ещё и слезу пустил, растрогавшись. Видать, вспомнил, что сам больше сыском не управляет, вынужденно уйдя в отставку. А может, просто взыграла стариковская сентиментальность от гордости за то, что взрастил таких крутых орлов, как мы.

На этой торжественной ноте мы с застольем и покончили, вежливо поблагодарив графа за неизменный радушный приём, за сытный обед да за добрые слова. И бочком-бочком, пока Миассов вновь не навязал нам своих удалых эскортников, сбежали из особняка.

До завала в овраге добрались без приключений, хотя и здорово припозднились, колеся по округе и стараясь убедиться, что никто не сел нам на хвост.

Как в прошлый раз, бросили пароход в какой-то рощице и преодолели остаток пути до оврага пешком. По самой уже, надо сказать, темноте, стараясь не шуметь и спотыкаясь чуть ли не на каждом шагу. То ещё удовольствие.

Тимон попёрся с нами, наотрез отказавшись отсиживаться в лесочке. Мол, возле забора ему нас спокойнее поджидать будет. Да и вдруг потом наш отход прикрывать придётся, если провернуть вылазку незаметно не выйдет.

Спорить с ним было бесполезно. Этот громила, если упрётся, со своего ни на полшага не сдвинется. Да и доводов против я как-то не смог придумать. Ну, хочется ему сидеть в сыром овраге, пусть сидит. Может, и впрямь, его помощь понадобится. Хотя лучше бы всё обошлось тишком да гладком.

Приятель Небени был уже на месте и поджидал нас, судя по ворчливому бурчанию, довольно давно. Сумел уже в одном месте проволоку подрезать, спутав концы её так, чтоб незаметно было, и ещё пару палок-рогатин приготовил. Длины этих вертикально установленных распорок как раз хватило, чтобы мы с Шарапом Володовичем ужами проскользнули под приподнятыми рядами колючей проволоки.