– Еще немного, и я начну думать, что понравилась тебе, – поднимаю глаза, чтобы встретиться с взглядом чудовища. Его зрачки слились с радужкой. Я будто смотрю в глубокий, темный колодец. Там нет дна.
Сильнее впиваюсь ногтями в обивку кресла. Жду ответа и даже не могу представить, какой он может быть. Узник непредсказуем. А загадка манит не только мужчин, но и женщин. Это работает в обе стороны.
– А ты хочешь мне понравиться? – отвечает, быстро скользнув по груди. Она явно его влечет.
– Это путь к моей свободе?
– Не думаю. Это путь в мою клетку. Только там уже не будет выхода. Ни единого. Рискнешь, Царевна?
Выдыхаю судорожно. В голове полуденное марево. Ни ясности, ни трезвости.
– Ты никого и никогда к себе не подпустишь, Узник. Так что это будет отдельная клетка. У тебя своя, у меня… Своя.
Поднимаюсь с кресла в одно время, когда мужчина отступает.
Каблуки такие высокие, что мы с чудовищем почти одного роста. Либо я чувствую себя выше после нашего словесного боя. Он закончился вничью, кстати.
– Клиента зовут Захар. Сейчас он сидит за первым столом. Скучает… – слышу в спину.
Иду твердо. Сверху как ниточки привязали. Они-то меня и держат.
Платье по-прежнему неудобное, внутренности ювелирно вырезали, вместо них груда кирпичей. В животе тяжесть.
Захара замечаю сразу. Он один такой… Одетый и грустный. Напротив бутылка чего-то спиртного. Скорее всего водка либо джин. Ни то, ни другое не пью. Но, скорее всего, придется. Хотя…
– Захар, добрый вечер, – улыбаюсь как Барби, – у меня к вам разговор.
– Платье сними. Тогда поговорим.
– Платье сними. Тогда поговорим.
Натянутая улыбка застывает на моем лице.
– Прошу прощения?
– Говорю: платье снимай!
От мужчины сильно пахнет водкой. Меня тошнит от запаха. На этого Захара даже смотреть противно. Он непривлекательный, грубый, с маленьким ртом. Хочется одеться, несмотря на стоящую в клубе духоту.
– Чего стоишь и смотришь?
Отрываю от него свой взгляд, чтобы посмотреть по сторонам.
Узник опирается на дверь своего кабинета. Даже издалека вижу, как он ловит кайф от игры. Ненормальный! Больной! Извращенец!
Его хмельная улыбка раздражает и заставляет поступать наперекор. Сознательность отключается, потому что своей игрой задевает мое самолюбие. Да еще как!
– А если у меня есть информация, которая вам будет интересна? – сажусь напротив. В платье.
Не сниму его даже под страхом смерти. Умру, не унизив себя.
Захар щелкает пальцами. Нам без запроса приносят еще запотевшую бутылку водки и вторую рюмку. Полагаю, для меня.
По горлу уже каскад огненной жидкости протек.