— А можно к конкретике? — недовольно спросила Смелова.

— А теперь давайте к конкретике, — согласился Железов, с усмешкой посмотрев на неё. — Каждый хореограф любит ставить танец со сменой ритма в музыкальном сопровождении, потому что эта смена здорово помогает сменить канву танца и задействовать движения другой интенсивности. От быстрого темпа перейти к медленному. Или наоборот. Или вообще сбросить темп, застыв в неподвижности и приняв эффектную позу. Вариантов и приёмов масса, но все они должны быть хоть чем-то похожи друг на друга и связаны в одно целое. Давайте начнём с горизонтальных движений головой и шеей. Потом постепенно включим в танец движения руками в этом же стиле. Потом включим ноги. И попробуем чередовать движения ног, рук и головы. При этом будем всё время смотреть на зрителя, чтобы не упустить танец и не разорвать его нить. Поехали!

Железов включил музыку на небольшой, но мощной магнитоле «Панасоник», стоявшей в углу. Заиграла музыка. Зарубежка. И ритм у неё практически не просматривался. Девушка-вокалистка томно пела в тон синтезатору, играющему атмосферное начало композиции.

— Делайте за мной! Смотрите на меня! Со счёта три! Раз, два, три! — скомандовал Железов, встал перед группой и расставил ноги в широких спортивных штанах чуть пошире плеч. Тут же сделал горизонтальные движения шеей и головой из стороны в сторону. Надо признать, хореографические движения он отрепетировал прекрасно. Тело оставалось абсолютно неподвижно, а голова, как у интересной игрушки, ходила туда-сюда, словно на шарнирах. Арина попробовала сделать так же и, к сожалению, заметила, что такого идеального движения у нее не получилось — тело двигалось вместе с шеей. Чтобы добиться нужного эффекта, требовались годы тренировок.

Потом Железов вытянул руки в стороны, и к движениям головой добавил движения вытянутыми руками из стороны в сторону, причём руки двигались в противоположную сторону от движений шеей. Потом темп музыки сменился, и Железов, развернувшись на 90 градусов вправо, стал делать движения, имитирующие ходьбу на месте, но голова при этом была повёрнута к воображаемому зрителю и продолжала совершать точно такие же движения, что и до этого. Руки одновременно исполняли нечто похожее на марш или кавказскую лезгинку.

Танец, сочинённый Железовым на коленке буквально за несколько минут, казался ультрамодерновым и производил впечатление настоящего произведения современного танцевального искусства. Возможно, раньше Арина так бы и подумала — что постановщик танца разучивал его неделями, но сейчас она видела, как делается постановка с самого начала, и поняла — особых секретов нет. Быстро поставить можно практически любой современный танец…