Анжелика все-таки расхохоталась. Пламя в ее волосах погасло само собой.
Я тихо выдохнул и прислонился плечом к косяку, чувствуя, как удушливый жар ревности и злобы в комнате окончательно сменяется привычным домашним шумом.
Что ж. Если разложить ситуацию на сухие цифры, и закрыть глаза на нюансы, то стратегически я остался в огромном плюсе.
Во-первых, третий Волчонок жив, здоров и упакован в самый надежный сейф, который только можно представить — в прожорливый Желудок моей вредной сестрицы. Там его не достанет ни одна столичная проверка, ни один бродячий монстр.
Во-вторых, Огонёк успокоилась. Главный триггер в лице Софьи испарился, цель для праведного пирокинеза исчезла, а сердиться на побитую Мелкую у Анжелики не выйдет при всем желании. Семейный кризис, грозивший разнести половину Логова, прикрыли веником за долю секунды.
И в-третьих… я медленно сжал и разжал левую ладонь. Под кожей все еще приятно покалывало от тепла сожранного лисьего хвоста. Древняя магия девятисотлетней Кицунэ уже укладывалась в топке моего Желудка, раскладываясь на формулы, спектры и защитные алгоритмы.
Я изучу её маскировку вдоль и поперек. Лично вставлю эти лисьи фокусы в защиту Логова, укреплю плиты Демида и сетку Лизы.
В следующий раз никакая хитрая лиса со своими японскими балалайками, будь у нее хоть двадцать хвостов, не просочится мимо моих ворот незамеченной. Моя крепость станет по-настоящему непробиваемой.
Поражение принимаю спокойно, даже Волк не всегда приносит добычу после охоты. Потери возмещены, выводы сделаны, а Стая стала только сильнее.
Что касается Софьи… Лиса такое же территориальное животное, как и Волки. Она ушла из наших охотничьих угодий и скорей всего постарается найти себе землю для кормления.
Но мир тесен, а Северогорск тем более. Материнский инстинкт штука упрямая. Рано или поздно она вернется. Хотя бы для того, чтобы издалека посмотреть, каким зверем вырастет её лисенок.
И тогда мы обязательно закончим наш прерванный разговор. Но уже по моим правилам.
На 1 день возьму перерыв, но следующая прода будет двойной
Глава 14 Мясорубка Уложения
Воронин, ИО главы Северогорского КМН
До прибытия столичной Мясорубки Уложения оставалось семь минут.
Воронин, конечно, об этом ещё не знал. Он сидел в полумраке кабинета, глушил третью чашку остывшего кофе и чувствовал себя почти гением.
За окном моросило. Уныло, по-северогорски. Зато на столе лежало золото.
Не буквально, разумеется. Физическое золото Воронин держал в другом месте, вместе с ключами от холодных криптокошельков. На столе лежали распечатки, ради которых его люди три недели рисковали шкурой, воруя телеметрию из лабораторий Медведевых.