Она нервно сглотнула и посмотрела на свои руки с облупившимся черным лаком. Они дрожали.

— Я думала, там будут финансовые отчеты или графики поставок. Но я наткнулась на теневой сервер. Архивные данные. Старые файлы, которые Корд удалил из основной сети, но оставил на локальных резервных дисках.

— И что там? — Жеке вдруг стало не по себе. От Лилит пахло озоном — её магия начала реагировать на нарастающий внутри стресс.

Лилит подняла на него глаза. В них больше не было ни капли той инфантильной тусовщицы, которую он знал.

— Там призраки, Жека, — прошептала она, кладя руку на мышку. — Призраки тех, кто был до нас. И ответы на то, что со мной сделали.

Она дважды щелкнула по главной директории. Надпись на экране сменилась крупным, зловещим заголовком: «ПРОЕКТ ХИМЕРА. АРХИВ ЛАБОРАТОРИИ №1» .

Внутри свинцового холодильника было тесно. Жека сидел на корточках рядом с Лилит, почти касаясь плечом её плеча. В обычное время она бы уже отпустила пару ядовитых шуток про личное пространство, но сейчас суккуб не сводила расширенных глаз с монитора.

Синеватый свет экранов делал её бледное лицо похожим на посмертную маску.

Её дрожащий палец лег на левую кнопку мыши. Двойной щелчок прозвучал в абсолютной тишине гаража как выстрел.

Папка «ПРОЕКТ ХИМЕРА» открылась, выплеснув на экран десятки вложенных директорий, схем и видеофайлов.

Лилит открыла первый попавшийся чертеж. На экране появилась сложная 3D-модель массивного металлического цилиндра, испещренного трубками, датчиками и системами жидкостного охлаждения. Внутри цилиндра был схематично изображен человеческий силуэт, пронзенный десятками игл.

Жека шумно втянул воздух сквозь стиснутые зубы. Кольцо на его пальце тревожно мигнуло красным.

— Я знаю эту штуку, — хрипло выдохнул он. — Я видел её на полигоне. Тот саркофаг, который Корд приказал мне закрыть… внутри был фейри. Живой.

Лилит пробежалась глазами по технической спецификации, выведенной сбоку от чертежа.

— «Экстрактор эфира марки М-4», — прочитала она монотонным, неживым голосом. — «Принцип работы: принудительная стимуляция нервной системы объекта. При достижении болевого порога выброс сырой магии увеличивается на четыреста процентов. Система охлаждения предотвращает преждевременное сгорание биологического материала. Средний срок службы батареи — четырнадцать дней».

Она сглотнула. — Батареи, Жека. Они называют нас батареями. Они поняли, что магия выделяется сильнее, когда нам больно. И они поставили пытки на конвейер, чтобы запитать свои чертовы башни.

Лилит закрыла чертеж и открыла папку с текстовыми отчетами Лаборатории №1. Строки сухого, канцелярского текста замелькали на экране.