Её глаза больше не были просто фиолетовыми. Они превратились в два колодца сплошного, слепящего неонового огня. С её удлинившихся когтей начали срываться густые, потрескивающие искры концентрированного эфира.

Она сделала шаг вперед.

— Огонь на поражение! — заорал командир.

Охранники нажали на спусковые крючки, но выстрелов не последовало. Электромагнитные винтовки, напичканные сложной электроникой, просто захлебнулись, столкнувшись с нарастающим полем демонической магии, которую больше не сдерживали генераторы Корда. Оружие в руках солдат заискрило и превратилось в бесполезные куски пластика и металла.

Но магия Лилит всё еще была скована. Искры на её пальцах не могли превратиться в пламя.

Она повернула голову к Жеке. Её лицо исказила гримаса невыносимого напряжения.

— Жека… — прорычала она, и в её голосе зазвучали металлические, нечеловеческие обертоны. — Твоя аура. Ты душишь меня. Я не могу ударить, пока ты держишь свой щит.

Жека смотрел на неё. Вся его суть, весь его инстинкт Изолятора кричал о том, что магию нужно подавлять. Что магия — это хаос, разрушение и смерть. Он всегда защищал людей от таких, как она.

Он перевел взгляд на красное дерево дверей. На бойцов Корда, которые уже бросили бесполезные винтовки и выхватывали тактические ножи и шокеры, готовясь к рукопашной. Эти люди работали на монстра. Эти люди держали в заложниках его девятилетнюю дочь.

В груди Жеки исчезли последние остатки сомнений. Моральный компас с громким хрустом сломался, указав новое направление — спасти свою кровь любой ценой.

Жека сделал глубокий вдох, закрыл глаза и силой воли втянул свою «нулевую ауру» внутрь себя. Он захлопнул свинцовый ящик в своем подсознании, оставляя магию снаружи. Он перестал быть щитом.

— Снеси их, — ледяным, мертвым голосом приказал Изолятор.

Лилит запрокинула голову и издала пронзительный, леденящий кровь крик, в котором смешались годы пыток на минус восьмидесятом этаже и абсолютная свобода.

Воздух в коридоре взорвался.

Фиолетовое пламя, чистое и беспощадное, вырвалось из её тела, как цунами. Оно с ревом прокатилось по роскошному коридору, сжигая дорогие ковры, расплавляя обшивку стен и превращая элитных солдат Корда в кричащие, бьющиеся в агонии факелы. Броня, созданная для защиты от пуль, плавилась на них за секунды, сливаясь с кожей.

Жека стоял позади Лилит, чувствуя, как невыносимый жар демонического огня опаляет ему лицо. Он не отвернулся. Он смотрел, как горят люди Архитектора.

Через десять секунд коридор погрузился в тишину, прерываемую только треском догорающего пластика. От шестерых охранников остались лишь обугленные, дымящиеся куски брони на почерневшем полу.