— Ты хотела поговорить?
И по классике жанра все слова исчезли вдруг. Я же понимаю, что сейчас должна поставить точку, но как же это тяжело. Почему у него вышло это сделать так легко со своей Мирой, а я стою и жмусь?
«Потому что ты все еще его любишь, Кира!».
— Хотела Тимур. Хотя ждала, что ты первым придешь, но это уже неважно. Теперь вот смотрю на тебя такого спокойного и все мои мысли о том, «как» сказать и «что» ушли. Остались лишь факты.
— Какие? — сует руки в карманы своих брюк рабочих.
«Я буду любить тебя вечно… мой неродной», — признаюсь в любви своей потерянной недавно душе и отвечаю.
— Я подаю на развод.
— Ты что… Ты подаешь на развод, Кира?
Ошеломлен. Потерян. Растерян.
— Да. Завтра этим займусь в обеденный перерыв.
— Погоди, — пытается обойти столик, но я выставляю руки.
— Не надо. Сохраняй дистанцию, пожалуйста.
* * *
Не подходи. Не трогай грязными руками.
Твои права на мое тело недействительны.
Внутри меня теперь измены камень.
И твои выпады, слишком унизительны.
(с)Лила Каттен
* * *
— Да какого, черта? Какой развод?
— А ты считаешь у меня мало оснований для него?
— Ты все про тот ужин? Кира, я же объяснил…
— Тим, а как давно я стала ненормальной и закатываю истерики по поводу твоих ужинов? Я настолько глупа и не понимаю, что это часть твоей работы? Неужели ты думаешь, что я увидела тебя с той девушкой и меня вдруг перемкнуло? Неужели ты ни разу не подумал о том, что я могла видеть гораздо больше?
— Послушай. Черт, — трет переносицу, встав ко мне боком и запрокинув голову, а я жду, когда начнет оправдываться. — Это не то… Кира… Дорогая…
Он пытается придумать себе алиби, ищет слова, а меня в этот момент будто в грязь снова толкают и толкают.
— Неужели я не заслуживаю правды, Тимур? — голос срывается и лицо, которое было смирным, тает, намокая под моими слезами.
Потому что это до того обидно и горько, что я больше не могу стоять и делать вид, что мне все равно.
— Только не плачь, Кира.
— Я плачу с пятницы. Мои слезы заметили все в нашей семье, кроме тебя. Поэтому давай ты сейчас не будешь делать вид, что тебя это как-то беспокоит.
— Но меня беспокоит… все, что связано с тобой и нашими детьми и нами… Меня все это беспокоит.
— Когда ты совал свой язык в рот той девке, тебя мало беспокоило, что я или же твоя дочь, общие знакомые могли тебя видеть, Доронин.
Он застывает точно скульптура гипсовая. А мне хочется толкнуть, чтобы разбился, подобно мне в тот день…
— Кира… Я ошибся, и я знаю это. Я готов просить прощения у тебя и соответствующее наказание. Но развод…
— Хочешь сказать, что между вами были только слюнявые поцелуи?