— Чего ты хочешь? — прохрипел он.
— Трёх вещей. Первое — письменный отзыв претензии на четыреста пятьдесят тысяч. Адресат — моя практика. Формулировка — «претензия отзывается как необоснованная». Подпись — ваша. Дата — сегодня.
Он сощурился.
— Второе — письменное подтверждение, что Полина при уходе сдала все дела по акту, ничего не унесла, ничего не нарушила. Тоже — на мою практику. Тоже — сегодня.
— Третье? — подал голос Денис.
— Третье — письменное уточнение для Рудневой. Формулировка: «незаконное получение материалов клиники третьими лицами не установлено». Тоже — от вас. Тоже — сегодня.
— А если нет? — спросил Коган.
— Тогда — полиция. И ещё — иск Полины о защите деловой репутации: составлю его ей сам. И — заявление Марины о том, как вы требовали подписать документ задним числом. И — заявление в следственный комитет о признаках фальсификации доказательств. Статья триста третья, если забыли.
Коган молчал.
— Полину верни, — вдруг сказал он. — Полину верни до пятницы. Тогда подпишу.
Я усмехнулся.
— Полина работает у меня по своей воле. Хотите — позвоните ей прямо сейчас.
По его лицу было понятно: как бы он ни хотел, племянница его просто нахрен послала бы. Так что я всё сделал сам — достал телефон и набрал Полину.
— Полин, привет. Я у «Палыча», тут твой дядя и Денис. Дядя хочет с тобой поговорить. Скажешь ему сама?
— Скажу, — ответила она, не раздумывая.
— Включаю громкую.
Я положил телефон на стол, между мной и Коганом. Нажал кнопку.
— Полиночка! — Голос Когана дрогнул. — Полина, послушай. Ты… ты вернёшься? Я… я всё забуду. Я прощу. Я…
— Дядя Семён. — Голос Полины был ровный. — Я не вернусь.
— Полин…
— Я выбрала! Всё! Отвали! Я работаю у Алексея Дмитриевича. Это — моё решение. Моё. Понял? Можешь что угодно говорить моей маме, но, несмотря на то что она твоя сестра, она поддерживает любое моё решение!
Коган молчал.
— Понял? — повторила Полина.
— Понял, — выдавил Коган.
— До свидания, дядя. И больше не звони.
Она сбросила. Я убрал телефон в карман.
Коган сидел неподвижно. Денис — рядом, опустив глаза в стол. Официант подошёл, спросил — будете заказывать? Я сказал — нет. Он ушёл.
— Семён Борисович, — я заговорил первым. — Полина сказала. Больше тут не о чем. Подписываете три бумаги и расходимся. Не подписываете — я выхожу отсюда, иду в полицию, и завтра утром ваша фамилия — в заявлении у дежурного. Ваш выбор.
Коган посмотрел на меня. Потом — на Дениса. Денис не поднял глаз.
— Дай бумаги, — сказал Коган.
Коган читал долго. Минут пять. Потом — подписал. Все три, каждое в двух экземплярах. Одно за другим. Рука у него дрожала.