Значит, Коршунов был одиночкой. Или всё же работал на кого-то ещё? Вопрос, конечно, в мотивах. Но тем не менее, нанять агента канцелярии, да ещё питерского — это как-то слишком.

Стараясь не мешать Шурке с перевязкой, я посмотрел в мёртвые красные глаза Коршунова. Значит, дело, скорее всего, в его одержимости. Как бы он её не прятал, а на поступки это влияло.

Перед боем он назвал нас с Громовыми ренегатами. Ренегаты — это предатели. Кого мы предали? Если Коршунов боролся со своей одержимостью, это наверняка как-то влияло на его способность рассуждать. Подозревал, что я тоже одержимый? Хм — что он там говорил про «всё ещё играешь в человечка»?

А может, он здесь из-за возросшей в наших краях активности демонических тварей? Один я отправил на переработку стаю волков и медведя в придачу. И это всего лишь за выходные, едва успев приехать. И что? Он решил, что мы тут демонов разводим? Ферму открыли? Это как раз объяснило бы, почему он нас ренегатами назвал…

И без того гудящая голова от всех этих размышлений и вовсе пошла кругом.

Нужен План. Свалить отсюда — вариант, конечно, соблазнительный. Схватить Шурку с Тихоном, прыгнуть в пикап и рвануть в деревню, а там затаиться. Но это не сработало бы. Канцелярия найдёт, это даже не вопрос времени. А бегство только сделает нас виноватыми. Нас закроют, не разбираясь, и даже слушать не станут. Значит, надо играть на опережение. Связаться с канцелярией. Не просто с местным отделением, а с тем, кто за самоуправство Коршунова непосредственную ответственность несёт. С его непосредственным начальником! Показать, что мы не виноваты, что это он был одержим демоном, а мы — могли стать жертвами. Может, даже выбить из него какие-то преференции… Но как выйти на этого начальника? В приёмную позвонить?

— Готово, — Шурка закрепила последний виток бинта. — Теперь хотя бы кровь течь перестанет.

— Спасибо, — кивнул я и натянул обратно разорванную толстовку.

Вид я в ней имел, конечно, лихой. На люди в таком виде покажешься — так сразу полицию и вызовут.

— Ваше сиятельство, — голос Тихона вырвал меня из мыслей. — Мы здесь точно одни, но надо поторопиться.

— Предлагаешь просто уйти? — прищурился я, чувствуя, как чуйка снова покалывала.

— Нет, Ваше сиятельство, — он грустно покачал головой. — Смысла нет. Эти нас из-под земли достанут, ещё и висняк какой-нибудь припишут.

— Согласен, — кивнул я. — Значит, свалить не выйдет. Какие у нас варианты?

— Может, обратиться к графу Громову? — предложил Тихон. — Он всегда был другом вашей семьи. У него деньги, связи. Вдруг сможет помочь?