Основные факты этой грязной эпопеи уже были опубликованы в первом номере газеты «Голос Пограничья» ещё до нашей сделки с Яковлевым и произнесения клятвы, поэтому их она не охватывала.

Адвокат достал из портфеля документ и поднял его так, чтобы видели все:

— Таким образом, деньги давались не как обычный займ княжеству, а конкретно на военные цели — на захват Угрюма. Только это позволило бы исполнить право на концессию месторождения. Следовательно, магнат Демидов воевал чужими руками ради собственной выгоды — ради права разрабатывать жилу Сумеречной стали, обнаруженную на землях князя Платонова.

Я видел, как побледнел Демидов. Никита Акинфиевич понял — ловушка захлопнулась. Документ существовал, и отрицать его было бессмысленно.

— Магнат Демидов, — продолжал Стремянников методично, словно препарируя лягушку на анатомическом столе, — не кредитор, а соучастник, соорганизатор и бенефициар агрессии. Война велась ради его экономических интересов — доступа к Сумеречной стали. Он контролировал использование средств, направляя их на целевое финансирование военных действий. Следовательно, магнат несёт солидарную ответственность за все последствия этой войны.

Пётр Павлович повернулся к столу истца:

— Но это ещё не всё. Есть три доказательства, подтверждающие роль магната Демидова в развязывании и планировании конфликта.

Стремянников кивнул секретарю суда. Тот принёс небольшую шкатулку, внутри которой лежал артефакт — брошь с кристаллом, оправленным в серебро. Магический диктофон.

— Граф Сабуров страховался от своих партнёров, — пояснил адвокат. — В его кабинете обнаружены записи разговоров с магнатом Демидовым и графом Яковлевым. Эти материалы были приобщены к судебному делу о вине Сабурова. Сейчас мы продемонстрируем их публично.

Юрист активировал артефакт. Из кристалла полился звук — сначала шум, потом различимые голоса. Сабуров, Демидов и Яковлев обсуждали план войны против Угрюма. Демидов и Яковлев излагали, почему необходимо устранить Платонова и захватить месторождение. Два почтенных промышленника предложили покойному князю щедрое финансирование. Сабуров уточнял, сколько ему причитается. Они договаривались о концессии, о разделе прибыли, о том, как представить войну как законную защиту интересов княжества.

Я слушал и мысленно усмехался. Сабуров оказался умнее, чем думали его партнёры. Магнат хотел использовать узурпатора как марионетку, но марионетка оказалась с характером, предусмотрев страховку.

Когда запись закончилась, в зале повисла гнетущая тишина. Демидов сидел бледный, стиснув зубы. Его адвокаты яростно что-то шептали ему, но магнат молча смотрел перед собой.