Третий в этот момент зашёл ко мне сзади и успел ударить своей булавой мне по затылку. В голове раздался звон, и я упал на землю, прикрывшись щитом, но следующего удара не последовало.

Приподняв немного щит, я увидел копыта остановившегося коня, и упавшее на землю обезглавленное тело, а потом в землю ударили стальные сабатоны. Откинув свой щит, я увидел Каллена, который держал в одной руке окровавленную секиру, а вторую быстро протянул ко мне.

- Вставайте, милорд!

- Спасибо, друг! - я ухватил протянутую руку и быстро поднялся. В голове еще звенело, а картинка расплывалась, но энергия уже сконцентрировалась в месте удара, заглушая боль и начав плавную регенерацию. К нам бросился ещё один кальмар, но Каллен ловко поддел его за левую ногу, шагнув в сторону, отчего тот умудрился подлететь, а когда он упал на землю, то могучий топор пробил его ржавую от морской соли броню, вонзившись в грудь.

Я же в этот момент выхватил свой бастард и кинулся на ближайшего кальмара, в его руках был баклер и тесак, от мощного удара его рука со щитом отлетела в сторону, а второй удар пробил кольчугу, врубаясь в ключицу, отработанным движением я вырвал клинок и парировал удар пирата, у которого в одной руке был топор, а в другой меч. Удар топора пришелся на щит, а выпад меча я принял на плоскость клинка, попутно совершая круговое движение, отчего его рука ушла в сторону, и он открылся для молниеносного укола в шею, после которого из него фонтаном брызнула кровь. Он выронил своё оружие и попытался зажать рану, упав на колени, а потом завалился в бок, не сводя своих глаз с моего лица.

Мы с Калленом встали спина к спине, прикрывая друг друга. Я слышал, что он бьется с кем-то со своей стороны, но времени, чтобы посмотреть туда, не было, мы прорвались слишком далеко вперёд, прямо в гущу врага, и были окружены со всех сторон. Я отбивался сразу от троих. На меня опускался удар полуторного меча, который я блокировал щитом, после чего резко ударил, отделяя держащую его кисть, но этот удар стоил мне пропущенных ударов копьем и вторым мечом, которые всё равно не нанесли мне вреда.

Копейщик уже замахнулся для следующего удара, но сзади него промчался конь, чей всадник легко взмахнул мечом, отчего кальмар громко закричал. Он обернулся вокруг себя, пытаясь достать руками до раны, и я увидел кровавую полосу, разделяющую его кольчугу, клинок сира Мутона дошёл до самых рёбер, перерубая все мышцы.

Поняв, что остался один, последний кальмар попробовал броситься бежать, но не успел, стоило ему развернуться ко мне спиной, как мой меч перерубил сухожилие у его лодыжки, с громким криком он упал на землю и пополз, уперевшись в чьи-то ноги.