Эта орда собралась специально для того, чтобы отомстить нашей компании за устроенный карающий поход. Мы вырезали уже больше десятка небольших племён. Все эти дикари были на ножах с Ночным Дозором, отчего на них и упал наш жребий. Многие из них промышляли торговлей с работорговцами и каннибализмом, так что совесть меня ничуть не мучила, а ещё наш поход надолго отбил желание у местных ходить в рейды за стену.

Лорд Амбер очень любил таскать за собой свою новую собачку, посаженную на цепь, и не все племена мы вырезали. Частенько мы просто заходили в деревни, чтобы пообщаться с местными вождями, узнать слухи и новости. И везде Большой Джон таскал за собой Плакальщика, изуродованного и покалеченного, посаженного на цепь. Так что всё Застенье уже знало о том, что случилось с одним из лучших рейдеров одичалых.

Остатки выживших из перебитых племён основали свою шайку, а потом и заручились поддержкой нескольких крупных племён. Именно с этой оравой мы сошлись в данный момент. Причём инициатива исходила именно от нас. Дальше тянуть было уже опасно. Ведь когда за Стеной собиралась большая орда, то к ней стягивались все местные маргиналы. Частенько с подобными проблемами приходилось разбираться Старкам, потому что весь Дозор на тот момент был перебит.

- Милорд, пора. - обратился ко мне Гарт.

- Труби атаку!

- Да, милорд!

Под рёв трубы сотня всадников сорвалась с места, атакуя вражескую ватагу с тыла. Со всех сторон слышались кличи: «Кровью и сталью!» и «Смерть лучше цепей!». Три десятка во главе с Большим Джоном и шесть десятков под моей рукой во весь опор неслись на рассеянных дикарей.

Всё внимание вражеской ватаги было сосредоточено на строе моих солдат, потому наше появление стало для них полнейшим сюрпризом. Несколько захваченных до этого пленников говорили, что у них даже варга не было. Вожди, поддержавшие эту затею, попросту не захотели передавать тем своих варгов, отпустив лишь воинов. Но ничего, когда закончим здесь, то и к ним наведаемся.

Мандража и страха уже не было. За прошедшее время атака конным строем стала уже чем-то привычным. Необходимой работой, которую следует выполнить и забыть, а дикарей за стеной всё равно не убавится. По всему Застенью жили сотни племён. Так что мы подчистили лишь каплю в море.

Когда мы уже почти подъехали, я выхватил из седельной сумки свой новый моргенштерн. Этот инструмент был мной куплен в Белой Гавани взамен старому. Широкий взмах знаменовал собой первую разбитую мной голову в этом бою.

Дикари были сильно рассеяны и не готовы к атаке, поэтому им попросту нечего было противопоставить несущейся на них конной лаве. Моя рука раскручивала орудие войны, нанося удары по очереди слева направо и наоборот, почти каждый удар знаменовал собой чью-то оборванную жизнь, держа широкий строй, за моей спиной двигались прочие мои всадники, которые также разили свои цели налево и направо. Всего за один проход я собрал настоящую жатву, примерно в два десятка душ, всю поляну, по которой мы проехались, покрывали мёртвые тела и разбегающиеся в панике люди.