— Пошли, глянем трактор и надо отсюда валить, пока кто-то новый не прибежал.
Ремонтный артефакт.
Раса механоидов.
Служит для ремонта и восстановления сложных механических устройств. Восстанавливает до 50% общей целостности механизмов первого ранга, до 40% механизмов второго ранга, до 25% механизмов от третьего до десятого ранга.
Для активации артефакта приложите его к поверхности нуждающегося в починке механизма и активируйте его мысленным приказом.
Я отложил обычный с виду гаечный ключ в кучу к другим исследованным артефактам и взялся за второй, убедившись, что он аналогичен первому. Отлично — это очень стоящие вещь. Наш Тузик после всех передряг выглядел не очень: многочисленные царапины по всей его поверхности, сломавшийся после жёсткой встречи с напавшим на нас багги манипулятор, к тому же один из катков сильно разболтался и гусеница вот-вот норовила с него сползти. Если это произойдёт, нам придется его оставить, как и большинство вещей, которые он тащил за собой, а это был бы большой удар по нашей безопасности, так как за последние дни и особенно сегодня, он явно доказал свою полезность.
После утренней стычки больше нам такого серьёзного противника не попадалось, однако ещё четырежды нам по пути встречались брошенные машины и бродящие рядом с ними заражённые. После утренней встречи мы с Зубром старались держаться сзади от нашей повозки, наблюдая за дорогой с помощью квадрокоптеров, заранее обнаруживая противника. К счастью, как повелось с самого начала, заражённые не обращали никакого внимания на нашего механического друга, за что им жестоко приходилось расплачиваться. Я не мог настроить его на то, чтобы он нападал на бродящих вокруг машины заражённых, но вполне мог приказать, например, резко повернуться или вообще крутануться вокруг своей оси, а после того, как мы прикрутили к его здоровому манипулятору двуручный меч, эти телодвижения стали крайне опасными для окружающих. Заражённые падали с отрубленными ногами, с перебитыми руками и сломанными рёбрами, после чего мы могли их спокойно добить, тихо и без лишнего риска.
Их наноботы после этого перекочевывали в мой организм, а мы продолжали двигаться дальше. Впрочем, двигались мы не очень быстро, средняя скорость не превышала двух километров в час, поэтому к обеду мы прошли не больше десяти километров. С другой стороны, мы всё же двигались и двигались в относительной безопасности, так что грех жаловаться, и остановились мы в очень живописном месте, там, где дорога переходила в мост, нависающий над неширокой речкой. По грунтовой дороге спустились вниз к реке, где недалеко от моста обнаружили уютную заводь, со всех сторон прикрытую густыми ивами, где по очереди разделись, осматривая свои тела на наличие повреждений и искупались, смывая с себя надоевшую многодневную грязь. После чего Зубр занялся опознанием полученных артефактов, а я в очередной раз достал свою потрепанную записную книжку, зарисовывая и записывает туда наиболее интересные из добытых вещей. При этом грустно усмехаясь от вспомнившегося анекдота, в которым папа, показывая дочке уличного художника, пояснял что так, мол, мучаются люди без фотоаппарата. В нашем случае это не могло вызвать ничего кроме грусти, так как ни фотоаппаратов, ни связи, ни другой сколь-нибудь продвинутой техники у нас не осталось.