Ну ладно, я хотел по-хорошему, но вазелин уже закончился. Даже не пикнув, когда пилообразные зубы пропороли мне кожу и мясо, приставил ещё раскалённые дуло пистолета ко второму глазу монстра и нажал курок.

А затем ещё и ещё раз.

Не знаю сколько раз я выстрелил, наверное, раз пять-шесть, с каждым нажатием курка сбрасывая накопившуюся злость и нервную энергию, хотя хватило бы и одного.

Первый выстрел получился сверхудачным: пуля пробила глазное дно и каким-то чудом попала в крошечный головной мозг земноводного. Ноги у него моментально подкосились, и он рухнул на пузо, но я, засунув дуло внутрь глазницы, жал и жал на курок, разбрызгивая глазную жидкость, лимфу и кровь.

Подошедший Зубр не стал меня останавливать, а просто просунул под горло фрога зазубренное лезвие потрошителя и, схватившись за него двумя руками, резко рванул наверх. Раздался хруст разрываемой кожи, и омерзительное хлюпанье, после чего монстр окончательно затих. Я удовлетворенно шмыгнул, вытер нос рукавом, аккуратно обтёр ствол пистолета о штанину, убрал его в кобуру.

— Ну штош…

— Твою мать, там ещё один… — простонал Зуб, глядя мне за спину.

Я даже не стал терять время на то, чтобы обернуться, бросил пластину очков на глаза и огляделся уже глазами квадрокоптера. Метрах в тридцати от нас, будто танк, раздвигая хилые заросли ивняка массивным телом, в нашу сторону направлялся ещё один аналогичный монстр. Ну уж нет, на сегодня я потанцевал достаточно. Квадрокоптер устремился к цели, которая, выбравшись из зарослей, остановилась, повернув голову в нашу сторону. Перекрестие прицела навелось прямо ей на макушку, и я активировал сброс.

— Будь хорошим мальчиком, скажи «А».

Кррррах!

Пасть монстра распахнулась, извергая из себя жуткий рёв-кваканье, содрогающий воздух и землю, а ещё через миг мина долетела до цели, и большая часть покрытой шипами спины испарилась, открывая прямой доступ к богатому внутреннему миру титана-земноводного. Камера квадрокоптера показала, как меж сломанных рёбер ещё несколько раз дёрнулось гигантское сердце, а затем туша завалилась, не подавая никаких признаков жизни.

После этого я, не торопясь, осмотрел всё окружающее пространство с высоты птичьего полета и только убедившись, что никакой непосредственный угрозы нет, позволил себе зашипеть от боли и, рухнув на лапу первого фрога, зажать рваную рану на предплечье, пытаясь остановить бьющую из неё кровь. Тратить с трудом заработанные наноботы на экстренное заживление не хотелось, поэтому ограничились несколькими грубыми швами и плотной перевязкой. Этого достаточно, чтобы остановить кровь, а наноботы действуя в фоновом режиме затянут её за несколько часов. Шрам останется ещё надолго, но если не течёт кровь, то это мало меня волнует. Я подвигал рукой: