Рывком подтащил к себе первую лягу, и провёл потрошителем по внешней стороне щита, отсекая язык, и освобождая левую руку. Тут же сложил клинок и ткнул им в область над головой, где по идее должен висеть мой ангельский нимб. Активировал потрошитель, и когда он выстрелил на всю длину, рванул его вперёд.

Господи, какая идиотская идея.

Нет, непомерный вес, давящий на шею, уменьшился на две трети, вот только эти две трети состояли из смердящих потрохов, которые хлынули мне на лицо, расползлись по разгрузке, со смачным чавком шлёпнулись на ступни.

— Сука, — сплевывая, прошипел я сквозь зубы, и развернув потрошитель на девяносто градусов, рубанул уже поперёк. Клинок проскрежетал по костяным пластинам, но податливая плоть зашлась, и подёргивающая лапами туша свалилась мне под ноги.

Ударил торцом щита в асфальт, припечатывая к нему извивающееся тело гадюки, стряхнул с лица остатки жабьих потрохов, аккуратно отделил змеиную голову от туловища. Первоначальный порыв сбросить раздражение и изо всех сил вбить в неё конец потрошителя я с трудом подавил, помня, что моё основное орудие убийства и так уже потеряло два очка прочности, и то, что из этих голов нам ещё надо будет добывать наноботы.

Дальше пошло легче: я слегка приноровился, да и противостоящих нам тварей становилось всё меньше и меньше. Большую их часть продолжал сдерживать огонь, а те что проползали через свободные участки асфальта получалось утилизировать без особых потерь: ударить торцом щита, взмахнуть потрошителем, принять ядовитый плевок на иссечённую, пробитую пулями поверхность. Можно было пнуть по наглой роже жабы, отпихнуть её в огонь, злобно выругаться и вбить ей в башку клинок. Когда вместо этого кирзач вместе с половиной ноги исчезнет в её необъятной пасти, глянуть как Фракир срывается со своего места, ударяя в поддёргивающуюся в конвульсиях тушу, озаряясь серебристым облачком выпитой души, ударить торцом щита, проследить за логами когда энергетический хлыст расправится с очередной жертвой…

Запас энергии в нем, пусть и очень медленно, но восполнялся, а вот объём вмещаемых душ так ни разу и не увеличился. Видимо, мои предположения, которые я строил раньше, оказались правильными: чтобы повысить свой объём ему было необходимо самостоятельно убить совершенно целое и здоровое существо, а не раненое, находящееся на последнем издыхании. Но, видимо, эта способность у него была развита очень слабо, так как уничтожать этой способностью у Фракира получалось только самых хрупких и беззащитных существ, наподобие ещё не родившихся арахнидов, которых мы как-то изъяли из организма Зубра. С раненными и практически мёртвыми существами же эта способность срабатывала, как и было сказано в описании, с вероятностью в пять сотых процента, то есть на одном из двух тысяч добитых им существ.