Санча дала команду теперь уже полноценно своим гвардейцам выступать в путь.

Мушкила грузиться не захотел. Упрямо отодвигаясь от Генцы с тюками в руках. Санча ситуацию поняла мгновенно, считывая поведения коня из классовой солидарности.

— Погоди, Генца. Мушкила не любит возить поклажу. Только военные грузы. Он благородных кровей и рождён для войны, — пояснила Санча и, подумав, тихо добавила, — и других подвигов.

Дальше пошла сортировка вещей и торг с конём. Фураж принять «на бок» Мушкила согласился безоговорочно, а также одобрил одеяло в чехле, баклагу с сидром и один мешок с провизией. На последнее «прукнул» только тогда, когда Санча туманно объяснила: «вдруг чего, а мы опять». Остальную провизию пришлось разбирать по заплечным котомкам гвардейцам. Гвардейцы шли пешком. С оружием было бедненько, но на местном уровне вполне достойно: тесак на поясе, два коротких копья, пригодных для метания, кожаный дублет из толстой кожи заменял доспех. Одеты парни были одинаково, головы покрывали характерные для васков шерстяные шапочки, через плечо лежали свёрнутые шерстяные плащи. Сразу видно, не рвань какая, вполне приличные эскудерос (55).

Провожать снова собралась вся усадьба, в этот раз вместе с детьми. С выходом припозднились, солнце уже поднималось к зениту.

«Какой замечательный дворец!» — подумал Мушкилы, с грустью покидая усадьбу васков. «Камни» скептически захрустели, непонятно с чем несогласные. То ли не замечательный, а может, и вовсе не дворец. На его конский взгляд здесь был только один недостаток — маленькая долина, не побегаешь. А вот волки великоваты.

Один из гвардейцев явно набивался ему в друзья. Вывел его на рассвете пастись, а потом увидел, как Мушкила залез в озеро и пришёл его купать. Сорвал пучок травы, оттёр ему шерсть, а после купания вытер. Вода в озере оказалась не холодной. Прохладной, но в горах все ручьи холодные, приходится беречься. После водных процедур обижать такого милашку не хотелось, поэтому Мушкила и позволил двуногому себя оседлать, давно ожидая появления Санчи.

Ночь Мушкила провёл спокойно, не ожидая от васков подлости. Причиной тому была его высокая осведомлённость. Ведь он тоже участвовал в их семейном совете, проходящем среди овец и под боком у стойла жеребца. Правда, жеребец разбирал хорошо, если каждое пятое слово. Всё же зиму он провёл среди васков, и общий смысл он уловил, но, к счастью гвардейцев, криво истолковал обеспокоенность дочери Горри, решив, что она беспокоилась о судьбе «бестолковых мальчиков».

Можно было бы подумать, что охрана будет задерживать скорость движения Санчи с Мушкилой, то есть Санчи верхом на Мушкиле. Может, на равнине так и было бы, но в горах Мушкила только на ровных участках шёл с ними вровень, а на пересеченной местности приходилось напрягаться, теряя экономный шаг. К вечеру эти «горные козлы» сильно утомили жеребца, несмотря на то, что гвардейцы часто давали отдохнуть Санче.