Покивав на слова ставшего отчитываться Икера, Санча внесла пару незначительных изменений, так как что-то сильно менять уже не хватало времени. Затем поинтересовалась планами Икера на следующий день. Как выяснилось, об этом Икер намеревался подумать завтра.

Неожиданно общий язык нашёлся с кухаркой, и Санча быстро определила меню на следующий день. Исходя из этого практически безошибочно составила список необходимого, пресекла попытку кухарки увеличить количество по паре позиций, вычла имеющееся в запасе, при этом допустила несколько ошибок лишь по причине того, что не знала о содержимом кладовки, запирающейся Икером на ключ. Перед уходом велела Икеру зайти вечером отчитаться о приобретении всего необходимого и предупредила, что завтра утром придёт утверждать список на послезавтра. Слуги проводили домину глубокими поклонами, Икер прослезился от надежды, что в доме, наконец, появится настоящая хозяйка, а кухарка испытала противоположное чувство досады. Но ни у кого из них не возникло мысли ослушаться. Захват «замковой кухни» Санча провела бескровно и безоговорочно, но не следует подозревать её в коварном замысле. Скука и воспитание — вот главные побудительные причины. Управлять дворней Санчу учили с тех пор, как она научилась вдевать нитку в ушко иглы, поэтому пройти мимо творящегося бардака она не смогла и не захотела.

А на следующий день прибыл епископ Эльна Суньер, дядя Санчи. Епископа сопровождал внушительный вооружённый эскорт, но даже с охраной Суньер предпринял весьма рискованное путешествие через охваченные войной земли. Конечно, его сан обеспечивал ему определённую неприкосновенность и напасть на епископа решится не каждый, но и значение сана переоценивать не стоило. Авторитет церкви на рубеже тысячелетия изрядно пошатнулся не без участия самих священников. Суньер совершенно правильно сделал, наняв внушительный отряд охраны, которая оградила его как от разбоя, так и от «мягкого задержания» со стороны графа Ампурьяса. Иначе сидел бы сейчас епископ Суньер, подобно Санче, в каком-нибудь замке Ампурьяса и вёл нудные переговоры о размере своего выкупа.

О приезде епископа Санча узнала почти без задержек. Слуги охотно поставляли вести в обе стороны, с недавних пор старательно демонстрируя лояльность домине. Впрочем, Санча не обольщалась, с ней слуги не были столь же откровенны, а вот её действия, без сомнений, контролировались.

Санча не отдавала себя отчёта, насколько сильно она изменилась за последние полторы недели. Прежняя Санча оставалась бы в своих покоях, дожидаясь, когда мужчины поговорят и призовут её. Новая Санча не собиралась никому предоставлять право решать свою судьбу, если был хотя бы шанс повлиять на неё самостоятельно. Привычно приведя внешний вид в порядок, Санча направилась в знакомую залу в сопровождении одной из девушек, справедливо полагая, что найдёт виконта с дядей Суньером именно там.