Милорадская уперлась и желала умереть, зная, что «мелкому выскочке» ничего не достанется. Похоже, успела наворовать немало и основную часть вывела за бугор. Скрябин просто надеялся и был готов отдать деньги, лишь бы все побыстрее закончилось. Радов, даже стоя у черты, старался вывернуть ситуацию в свою пользу. Что ж, не зря он был среди них главный.

— Кажется, вы меня не совсем правильно поняли, — вкрадчивым тоном заметил я. — Это вовсе не переговоры, как вы, вероятно, подумали. Это приказ властителя вашего Удела.

Уголки губ Радова иронично дрогнули. Понятная реакция. Напоминать о долге насквозь коррумпированным чиновникам смешно.

— Не убедил? — я тоже усмехнулся и резко переменился в лице, холодно взглянув на Советников. — Вы бы лучше подумали о своих семьях, и что их ждет, — пауза и уточнение: — Вы же не надеетесь, что о них забыли и что они выйдут сухими из воды.

Лица всех троих Советников покрыла мертвенная бледность.

— Ты не посмеешь, — прошипела Милорадская.

— Ка-ак, ка-ак… — Скрябин начал заикаться.

И только Радов (опять!), демонстрируя выдержку, лишь скрипнул зубами и затем уточнил:

— Какие гарантии, что ты их не тронешь?

Он сразу поверил в угрозу. В то, что могу нанять людей для охоты за родственниками проворовавшихся чиновников. Вспомнил деда, сучонок. Тот не боялся лить кровь в таких ситуациях, мстил жестоко, истребляя целыми поколениями. В лучших традициях древних колдунов сурового Севера.

— Если отдадите все, то смысла искать их не будет, — ответил я, пожав плечами. Мол, заняться мне больше нечем, как тратить время и ресурсы на ваших выкормышей.

Радов долгую секунду смотрел мне в глаза, пытаясь разглядеть там будущее своей семьи, предусмотрительно вывезенной за границу в начале кризиса, когда старый князь собрался отправиться на покой.

— Я согласен, — произнес первый Советник и устало уронил голову, словно сбрасывая с плеч тяжкий груз.

Смирился с судьбой и предстоящей казнью, но напоследок хотел сделать хоть что-то полезное для родни, понимая, что в противном случае их ждет более ужасная участь.

— Неее-ееет!!! — вдруг закричала Милорадская, пытаясь вырваться из цепких рук наемников Лукьяна.

— Заткнись, Катька, — устало буркнул Скрябин, неожиданно приходя в себя. — Ты же видишь, что мы проиграли. Все кончено.

Забавно, а только что походил на безвольную куклу после очередной истерики. Но услышав, как вожак сдался, безропотно последовал его примеру. Все-таки Радов неплохой управленец, раз сумел внушить такую веру в себя подчиненным. Может, его оставить в живых?

Обдумав идею, я тут же от нее отказался. Уже была попытка саботажа через офицеров гвардии. К счастью, неудачная. Но оказываемое давление через живое общение и угрозы в конце концов могли сработать. Допускать такое нельзя, иначе посыпется вся система управления. Включая экономический блок. А там недалеко и до попытки физического отключения серверов, что станет настоящей катастрофой, слишком много завязано в Уделе на единую информационную сеть.