В центре знаменитый холм, бывший прибежищем в древние времена Круга Волхвов. Теперь на склонах разбросаны представительства кланов, а вершину венчает Зал Совета, монструозное сооружение, прозванное в народе за помпезность Собором.
Именно там будет проверка на одержимость. Остальные князья не допустят, чтобы один из них стал безумцем, тем более взошел на трон Удела, поставляющего столь ценное сырье, как Конденсат. В случае провала, новоявленного властителя сместят общим решением Совета и там же скорее всего убьют. Немногим это понравится, так как будет бросать тень на их собственные привилегии, но иного пути нет — никто не допустит в свои ряды одержимого.
Забавно, но страха нет, только раздражение, что приходится выполнять волю старых придурков, боящихся любой мелочи, могущей помешать им править дальше.
— Может, устроить им революцию? Было бы забавно, клянусь всей магией мира, — я ухмыльнулся.
Услышавшая меня Юлия поморщилась, но ничего не сказала, вновь уткнувшись в журнал.
Самолет начал заходить на посадку.
3.
Створки разошлись, открывая ворота из кованного железа. Шины прошуршали по асфальту, въезжая на подъездную дорожку. Кортеж растянулся, поэтому привратникам пришлось подождать, пока последний внедорожник втянется внутрь.
У парадного входа выстроилась линия местной прислуги. Нечасто хозяева баловали столичную резиденцию своими визитами.
— Что-то их слишком много для представительства, в котором никто не живет, — заметил я, выходя из машины, не дожидаясь, пока подскочивший охранник откроет дверь.
— Здесь бывают не только Бельские, гостевыми покоями разрешено пользоваться чиновникам Удела и высшему корпоративному менеджменту, когда они посещают столицу, — пояснила Юлия, выбираясь с другой стороны лимузина.
— То есть клановое представительство используется в качестве гостиницы, — хмыкнул я. — Неудивительно, что к правящему роду даже обычные бюрократы относятся с пренебрежением.
Княжна наградила меня пронзительным взглядом.
— Никто не относится к нам с пренебрежением, — отчеканила она, сделав вид, что не заметила, как у части прислуги отвисла челюсть, когда те услышали, о чем спорят приехавшие аристо.
А вот главный управляющий схлынул с лица. В отличие от рядовых слуг, он моментально просчитал, куда может привести подобный разговор, и даже спрогнозировал, чем все это может в итоге закончиться.
По морде сразу видно — хитрая бестия. Исполнительная, но ограниченная. Слишком умных на подобной работе держать нельзя, иначе рано или поздно начнут подгребать под себя, служа в первую очередь своим интересам. Как в ситуации с Советниками и Уделом, но только в меньших масштабах.