Тут войск едва хватало на постепенное занятие Китая с его огромным населением и обширными, по сравнению с самой Японией, территориями. И это при условии ведения боевых действий на протяжении уже почти 6 лет! А потому войны с СССР необходимо было избежать любой ценой — больно уж показательными оказались «два сеанса порки» и недавний военный парад.

Если уж целая японская армия была разбита старыми Т-26Э, которые ныне Советы и вовсе стеснялись демонстрировать в силу их устаревания. То, какого же ужаса можно было ожидать от применения ими новейших Т-54? Да еще существующих в таком умопомрачительном количестве! Не говоря уже о монструозном Т-120, обладавшим вооружением легкого и броней линейного крейсера! По сравнению с ними новейший 30-тонный японский танк «Чи-То», вооруженный 75-мм длинноствольной пушкой, и способный расправиться с целой ротой советских Т-26Э, являлся просто жалкой посредственностью, заранее подготовленной на заклание. Да и не могла задыхающаяся экономика и надрывающаяся промышленность Страны Восходящего Солнца осилить его производство в тех же объемах, что демонстрировал Советский Союз. Нет! Здесь требовалось лишь одно! Ждать! Ждать, пока Германия не совершит роковую ошибку, напав на Советский Союз, тем самым приковав его внимание к себе. И лишь после виделось возможным с облегчением выдохнуть, да ударить по англосаксам, понадеявшись при этом, что «советские товарищи» будут следовать условиям подписанного таки советско-японского пакта о нейтралитете, и не двинут свои войска в Маньчжурию.

Ждали и американцы, вынужденные параллельно снабжать всем необходимым китайские войска Чан Кайши, совершенно рассорившегося с Москвой, и отгружать стратегические ресурсы японцам, дабы не затягивать раньше времени петлю на шее их промышленности и военной машины. Никак не желали они вступать в очередную мировую войну вперед Советского Союза. Не для того всё затевалось, чтобы самим сражаться с заботливо выращенной змеей, тогда как главный идеологический противник в лице коммунистов останется в стороне и в результате сам попытается собрать те сливки, на присвоение которых уже настроились в Вашингтоне. Смотрели, как завершает разрастаться до возможного предела японский флот и, затаив дыхание, ждали. Естественно, не забывая при этом постепенно увеличивать и собственные силы.

— И всё же, красота! — добив из стакана последние глотки чая, констатировал Александр, описывая данной фразой, то ли открывающийся из окна вид, то ли складывающееся в мире положение вещей. То ли, и то, и другое, разом. — Но год отсрочки войны будет всё же недостаточен. Попробуем, пожалуй, подарить родине сверх того еще один. А после можно будет и исчезнуть с чистой совестью. Да! Решено! Пора товарищу Харону поработать на благо Советского Союза еще разок. — Вот только этой фразы никто не мог расслышать, поскольку проговаривал Геркан её исключительно про себя, закономерно опасаясь прослушки. Такие уж тут были времена и нравы.