Я кивнул, положил венчик в миску и вернулся к тесту.
Шан, подхватив со стола миску, скользнула в дальний угол кухни. Больше в тот день я её не видел и не слышал.
Работа на кухне продолжалась. Меня, вроде бы, признали за своего, но доверять пока не спешили. Секретов у кухонной гильдии водилось немало, а я всё-таки был новичком. И все старательно делали вид, что никакого товарообмена с волей не существует. А я старательно делал вид, что верю. Не заводил разговоров об этом даже с Ниу — и она, готовая с утра до ночи болтать о чём угодно, эту тему чётко обходила стороной. Хотя в товарообмене тоже принимала участие — как и все, кто работал на кухне, я убедился в этом довольно быстро.
По заведённому мастером Куаном порядку, кухня работала в две смены. Те, кто приходил на кухню к шести утра, оставались там до шести вечера. Убирали столовую после обеда и готовили продукты к ужину, а потом уходили. Официально должны были появляться на ужине, по факту же набирали в картонные судки еду, оставшуюся с обеда, и до самой раздачи вечерних таблеток были свободны. После шести на кухне оставались те, кто появлялся в столовой во время завтрака, они трудились до десяти часов вечера. Каждую неделю смены менялись между собой. Справедливо, в общем-то. Я сомневался, что мастер Куан с кем-то официально согласовывал такой распорядок, но успел запомнить, что в школе Цюань нет порядков, которые, при определённой сноровке, нельзя было бы подстроить под себя.
Всю первую неделю я работал в первую смену. Приходил в шесть и уходил тоже в шесть — радуясь тому, что появилось лишнее время для сна. Я продолжал тренироваться по ночам, и возможность вырубиться вечером на целых два часа здорово помогала восстанавливать силы. Уходил я обычно вместе с Ниу, но в тот день она сказала, что задержится, чтобы помочь Мейлин. От моей помощи девушки отказались, и я потрусил к себе в комнату. Уже дойдя, вспомнил, что забыл в холодильнике заготовленные судки с едой на вечер. Выругался и пошёл обратно.
В кухню можно было попасти двумя путями — пройдя через столовую и со двора. Я обычно заходил со двора — эта локация интересовала меня ничуть не меньше, чем кухня. Для того, чтобы побег удался, необходимо было изучить каждый уголок.
Двор был заставлен пустыми ящиками из-под овощей, коробами из-под риса, жестянками из-под масла и соевого соуса — в общем, всем тем, что по каким-то причинам имело ценность и подлежало сдаче. Раз в месяц, рассказала мне Ниу, приезжала специальная машина, которая принимала это барахло по описи и куда-то вывозила. Я поставил в памяти зарубку — не пропустить момент, когда приедет упомянутая машина, и понаблюдать за процессом, но пока она не приезжала. Двор медленно, но верно забивался пустой тарой.