Яню опять стряхнула пепел и вздохнула:
— Иногда жаль, что нельзя вспомнить свои предыдущие воплощения. Иногда кажется, будто вновь и вновь ходишь по кругу.
— Может быть, когда так кажется — надо что-то менять? — предположил я.
Яню, посасывая сигарету, хмыкнула:
— Ну… Может, ты и прав.
— А если я помню своё предыдущее воплощение?
— «Если»? — повернулась ко мне Яню.
— Угу. Допустим. Помню прошлую жизнь. Я был другим. Взрослым. Говорил на другом языке. Служил… в полиции. Могу даже сказать, что твои сегодняшние действия подходят под статью 135 уголовного кодекса.
Яню смотрела на меня, широко раскрыв глаза. Потом, справившись с собой, улыбнулась:
— Ну, знаешь… Если ты помнишь предыдущие воплощения, то это — одно из двух. Либо ты — будда, достигший просветления, от которого у мироздания уже нет секретов. Либо…
Громкий стук в уличную дверь оборвал её слова. Яню, зашипев, как кошка, скатилась с койки, затушила в судне сигарету. Когда она выпрямилась, одной рукой застегивая халат, лицо было бледным от ужаса. Н-да, ситуация… Вовремя я статью помянул, ничего не скажешь.
— Никому не рассказывай, — прошептала Яню.
— Само собой, что я, спятил, что ли? — возмутился я.
— Если Янлин, или директор узнают, что я иногда курю…
Сдержаться я просто не успел. Меня буквально пополам согнуло от хохота, на глазах выступили слёзы.
— Что смешного⁈ — прошипела Яню, оттаскивая койку, а в дверь заколотили ещё сильнее.
— Так, анекдот вспомнился, из прошлого воплощения… — Я осекся. Анекдот только что казался таким естественным, как память о том, какой рукой чистить зубы, но стоило мысленно к нему потянуться, и он растворился, будто сон. Что-то про лифт, про сигарету… — Нет, не вспомню, — грустно сказал я. — Я ещё немножко не будда.
Схватив осквернённое судно, Яню поспешила к двери. Я тоже постарался привести себя в порядок. Вечер без таблетки, капельница, ужин и Яню, кажется, поставили меня на путь возвращения к ощущению себя человеком. Мои движения вновь стали быстрыми и плавными, в голове прояснилось. Не совсем, конечно, ещё бы выспаться, но по крайней мере с тоской вспоминать о возможности завязать ифу на решётке в консерватории я перестал.
Яню отперла дверь, выскочила из палаты. Я услышал её быстрый топот по коридору. Вот щёлкнула наружная дверь, Яню с кем-то заговорила. Слов я не мог разобрать. Кто там, интересно? Опять директор гуляет, волнуясь за перерасход электроэнергии? Или доктор Янлин, с внезапной проверкой?
Однако непохоже было, чтобы пришедший имел право вломиться сюда, как к себе домой. Я подумал, что у Янлина наверняка есть собственный ключ, как, собственно, и у директора. Тогда кто же? Может, Ниу решила навестить?..