— В душе не ебу, — пожал плечами Гриб. — Может, остальные внутри засели?

— Ладно, как стемнеет, выступаем, — бросил Ёж и, взяв в руки бинокль, сам ещё раз внимательно осмотрел территорию бывшей тюрьмы. — Хуйня какая-то, — пробормотал он, всё ещё не веря, что такое возможно.

Когда стрелки часов перевалили за час ночи, Ёж скомандовал выдвижение. Предварительно он рассадил на крышах близлежащих домов по снайперу. Возле каждого поставил по группе прикрытия, чтобы никто не смог подобраться к ним незаметно.

Два отряда, по десять бойцов отправились внутрь. Они заходили с разных сторон, стараясь прижиматься к стене, окружающей периметр зоны. Так их невозможно будет увидеть с крыши тюремного корпуса. А судя по данным разведки, огневую точку захватчики организовали только там.

Ночь не была помехой для его отряда. Каждый из бойцов носил на шлеме прибор ночного видения. Людей отбирал лично Ёж. Весь этот год он гонял их и в хвост и в гриву, тренируя настоящую армию.

Боевых вылазок тоже хватало, хоть и сражаться по большей степени приходилось с мертвецами. Однако в своём отряде он был уверен.

Вот только первая перекличка, когда они добрались до стены, заставила его крепко задуматься. Оба отряда потеряли по два бойца, пока преодолели всего лишь квартал. Как и когда они исчезли, сказать никто не мог. Парни будто сквозь землю провалились.

Ёж бесновался, но ничего не мог с этим поделать. Сдавать назад было уже слишком поздно. На кону стоял авторитет. Однако негативные мысли уже поселились в его черепной коробке, а обострившееся чутьё кричало, что нужно уходить, и как можно скорее.

Но Ёж лишь сильнее стиснул зубы и отдал команду к началу операции.

А дальше начало твориться что-то невероятное. Он был готов ко всему: хоть к шквальному огню из всех окон тюрьмы, хоть к миномётной атаке или столкновению с элитным отрядом спецназа. Но вместо этого он увидел одиноко стоящую девушку на ступенях крыльца.

Оба отряда ворвались во внутренний двор и замерли, направив стволы на красотку в спортивном костюме. У её ног сидел зам губернатора общины, а от его шеи к руке девчонки отходил поводок. Сама красотка неспешно курила и даже бровью не повела, когда главные ворота спрыгнули с петель от взрыва, а внутрь влетело почти два десятка вооружённых бойцов.

— Ты ещё, блядь, кто⁈ — спросил Ёж, почему-то не решаясь пустить ей пулю в голову.

Нет, он не испытывал жалости, просто не мог надавить на спуск. Руки ему больше не подчинялись.

— Ебальник свой захлопни, — резко ответила девушка. — Ты, блядь, с богиней сейчас разговариваешь. На колени, на хуй.