— А что ей подарить-то?
— Серёжки подари, — говорит Юнь. — Там размер знать не нужно, — она указывает пальцем: — Вот, красивые.
— Прекрасный выбор, — тут же поддакнул ей продавец, — золото и синий болотный камень. Подойдёт любому возрасту. И всего пять рублей шестьдесят копеек.
Ну а что ему было делать? И он произнёс:
— Беру.
Те деньги, что он с собой взял, у него закончились бы ещё в магазине Мурашкиной. Он и представить себе не мог, что здесь всё может быть так дорого. Шесть рублей. Да семья в Болотной на такие деньги два месяца жить сможет. Теперь же он тратил те деньги, которые только ещё предстояло отработать. Очень не любил Аким долги. Впрочем, у него кое-что было припасено, были накопления, и если бы вдруг встала задача все выданные ему деньги вернуть, он смог бы покрыть расходы. Смог бы, но доводить до этого ему очень не хотелось. А Юнь шла рядом, висла на его локте и сообщала ему:
— Аким, а я и не знала, что ты такой…
— Какой — такой? — спрашивал он, но уже знал, что она будет его сейчас нахваливать.
— Щедрый… — она отводила перчатку и, наверное, уже в десятый раз рассматривала браслет. — Думала раньше, бирюк болотный, жадный, как и все казаки, а ты вон какой… Добрый… Просто ты молчаливый, но при этом человек душевный.
— В этот ресторан ты сходить хотела? — спросил у своей подруги «человек душевный», когда они проходили мимо красивого здания с надписью «Ресторан Мурманск».
— А у тебя, что, ещё деньги остались? — честно удивлялась Юнь.
— Есть мальца… — отвечал прапорщик, думая о том, сколько в этом роскошном доме будет стоить филе дрофы.
— Ну, давай сходим, — радуется красавица, — а то когда ты меня ещё куда-нибудь свозишь…
После ресторана они вернулись в гостиницу уже уставшими, но Юнь сказала ему:
— Сил нет, но нам надо идти.
— Куда ещё? — искренне удивился прапорщик; он-то как раз думал, что теперь уж точно заслужил эту красотку в своей кровати.
Но красотка ушла в ванную, не ответив ему, а через минуту вышла в красном купальном костюме.
— Аким, здесь есть бассейн, я узнала, посещение бассейна входит в оплату номера.
— И что, — Саблин пристально рассматривал свою подругу, — ты вот в этом собираешься на люди?
— Аким! — Юнь уставилась на него осуждающе. — Это купальный костюм, так все туда ходят.
— Прямо вот так вот… Чтобы всё на виду? — не верил Саблин.
— Аким! — она вертелась перед ним в таком виде. — А ты, что, думаешь, в бассейнах женщины плавают в пыльниках? Или, может, в КХЗ и сапогах?
После этих её движений ему ещё меньше захотелось отходить от огромной кровати. И он даже попытался схватить её за руку, но Юнь увернулась: