На что Иванка тут же возразила:

— Нет, во всем виноваты Бурбоны! Это они никак не могут принять перемены во Франции после революции. И потому все время настраивают других монархов Европы против Наполеона.

«А она не так глупа, как мне показалось сначала, да еще и бунтарка по натуре», — подумал я про Иванку.

— Какая же ты спорщица! Давай лучше спокойно попьем чай, — пожурила ее старшая сестра, отхлебнув горячий напиток.

Но, Иванка не унималась, проговорив:

— Я не собираюсь спорить. Просто мужчины почему-то не могут жить без войны. Если бы это было не так, то все давно бы договорились о мире.

— Не знаю, в том ли дело. Но мне очень страшно. Я не могу до сих пор прийти в себя. Это было так ужасно, когда на нас брызнула кровь мсье Ришара… На наших глазах произошло убийство. И потому прошу тебя, Иванка, не нужно сейчас портить аппетит всеми этими разговорами про войну, — сказала Бронислава.

— Но, война уже не только вокруг нас. Она пришла в наш дом, хотим ли мы того, или нет, — неумолимо продолжала младшая сестра.

А Бронислава проговорила:

— От этого твоего постоянного напоминания страх делается лишь больше. Он разрастается, когда я думаю о том, что могут сделать с нами солдаты…

Тут дочку перебила Эльшбета, задав мне вопрос:

— Кстати, князь, я хотела спросить вас о русских солдатах. Надолго ли они задержатся в замке?

— Не знаю. Это зависит от многих причин, — уклончиво ответил я.

Но, Эльшбета опять спросила:

— Надеюсь, что повторения вчерашнего кошмара, который мы здесь пережили, вы более не допустите?

— Постараюсь, — сказал я, хотя ни в чем не был уверен.

От меня ситуация вокруг замка никак не зависела. И как она будет развиваться, я не знал, поскольку не располагал разведывательной информацией о передвижениях войск противника. Все, что я мог решить в тот момент, сводилось к двум простым сценариям: либо попытаться организовать оборону, либо покинуть крепость вместе с отрядом.

И тут я сразу вспомнил о пленниках. Вот из какого источника можно и нужно добыть информацию о противнике! Расслабившись с утра, я упустил из вида такую простую и очевидную возможность, как допрос задержанных. А с пристрастием, или без оного — это уже будет зависеть от их поведения. Потому, быстро допив свой чай и раскланявшись с дамами, я поспешил к дверце за камином, открывающейся на узкую лестницу, ведущую в подземелье. Но, едва я двинулся от стола, как встала и баронесса, проговорив:

— Куда же вы, князь? А я хотела переговорить с вами по поводу узников. Необходимо решить вопросы их содержания.

— Я как раз направляюсь к ним, — уведомил я Иржину.