— Срывайте замки с сундуков! Внутри сложено оружие.

Пока Коротаев вместе с виконтом и баронетом ломали замки старых сундуков, используя вместо ломов тяжелые длинные мечи, позаимствованные у рыцарских манекенов, я поинтересовался у баронессы:

— Как вы думаете, почему штурмующие так быстро проникли за стены? Я что-то не слышал со стороны стен звуков штурма. Такое впечатление, что напавшие сходу ворвались во двор. Не может ли здесь иметь место предательство?

На что Иржина ответила с грустью в голосе:

— Этот замок давно уже не годился в качестве крепости. В стенах прорехи в нескольких местах. После того, как больше века назад замок осаждали венгры и внутри цитадели был пожар, Гельф долго разрушался. Какое-то время после пожара в нем находились разбойники, потом разбойников выбили и поставили гарнизон. Но, солдаты совсем не занимались ремонтом. И, когда мой покойный муж настоял поселиться здесь, замок представлял собой руины, которые надлежало отстраивать заново. Муж мой пребывал в иллюзиях, что сможет все восстановить, хотя денег на серьезный ремонт у нашей семьи не имелось. А потом его хватил удар… Поэтому мы привели в порядок совсем немного…

В сундуках обнаружились старинные ружья даже не с кремниевыми, а с фитильными и колесцовыми замками. Вот только, все эти мушкеты и аркебузы изрядно проржавели и требовали отбраковки негодных экземпляров и, как минимум, серьезной чистки оставшихся. К тому же, к ним не имелось ни пуль, ни пороха. Так что оружие, предоставленное баронессой, оказалось бесполезным.

Тем временем, судя по звукам, бой уже приблизился к башне, в которой мы находились. И я спросил у Иржины:

— А где полковник Ришар?

Вдова ответила:

— Когда послышались выстрелы, он ушел к своим солдатам узнавать, в чем дело. Больше я его не видела. Пули начали разбивать окна, и мы все поднялись сюда.

— Понятно, — сказал я.

Приметив маленькую дверцу в наружной стене, я приказал Степану проверить, что за ней. Оказалось, что это выход на специальный балкон-машикуль, нависающий над входом в башню и оборудованный вертикальными бойницами, а также желобами для поливания штурмующих горячей смолой или кипящим маслом. Пройдя туда следом за денщиком, я оказался прямо над схваткой, происходящей возле башенного крыльца. Но, к этому моменту нападавшие уже настолько плотно смешались с французскими солдатами, защищавшими замок, что будь у нас даже смола с маслом, подготовленные к использованию надлежащим образом, их уже невозможно было бы применить выборочно только против неизвестных врагов без риска для французов. Стрелять в дерущихся при тусклом лунном свете тоже не представлялось возможным по той же причине.