— Нашли хоть что-нибудь интересное? — поинтересовался я у Хреноватора, когда мы уединились в одном из дальних закутков станции.

— Ещё как! — радостно оскалился клан-лидер. — Халявные буровики, немного ресов и оборудования. Первый производственный цех должны закончить уже завтра, и можно будет потихоньку начинать разработку. Пока зверушки прочухают, что к чему, работы уже закончатся. На всей планете есть целых пять месторождений, и мы просто будем ковырять их по очереди.

— Неплохо. Ушастая постаралась?

— А кто ж ещё! Только не называй её так, пожалуйста. По крайней мере, на людях. Она испытывает к тебе эмоциональную привязанность, и ей будет очень неприятно.

— Серьёзно, что ли⁈

— Мне ли такие вещи не знать, — кивнул псионик. — Будь ты нормальным человеком, посоветовал бы за ней приударить. А так, прошу, просто держись от неё подальше…

— С удовольствием.

— Вот и славненько! Работает она просто на загляденье. Лупоглазые только три залежи успели расковырять, да и то поверхностно. Их ошибкой было то, что они хотели закрепиться на поверхности, но там им быстро мобы по щам надавали. Ну, а потом и в космосе кто-то их тазиком накрыл.

— Почему «кто-то», — проворчал я. — Сторожевики антаресовские это были, без вариантов. Любой другой обязательно бы разграбил руины.

— Твоя правда. Кстати, Ирочка обнаружила один очень подозрительный складик, и мне очень хочется узнать, что такое там лежит.

— А в чём проблема? Она может всю планету насквозь просветить, насколько я знаю.

— Он экранирован, и это очень странно. Лупоглазы особо не заморачивались с маскировкой, а тут такие дорогие меры.

— Полагаю, мне нужно спуститься вниз и проверить, что там?

— В точку. Никого другого отправить не могу, мало ли…

— В одиночку предлагаешь, что ли?

— Конечно, нет. Можешь прихватить своих охламонов, — милостиво разрешил клан-лидер. — Всё равно толку от них здесь никакого. А в качестве транспорта «Флюгегехаймен» бери, как от сердца отрываю.

— Так он же того…

Я на всякий случай глянул в раздел флота и обомлел. Среди наших немногочисленных посудин действительно имелся такой фрегат, пусть совершенно другой модели и тира. Единственное, что их роднило, так это вытянутая форма корпуса. Новый «Флюгегехаймен-2» являлся плодом человеческой инженерии, силуэтом напоминая подводную лодку с небольшими трапециевидными крыльями. Судно было сугубо инженерным, и вооружение имело лишь самое примитивное, зато могло спокойно разместить внутри себя десяток-другой бойцов. Уже неплохо.

Не считая «Чебуратора», это было наше единственное прибавление. Остальные посудины Хреноватор благополучно сбыл, отогнав их на «Гвоздь-4». Заодно мы закрыли обязательную норму по захваченным звездолётам, которая висела неснимаемым ярмом на всех пиратах, без исключений. Злопыхателям и прочим обиженным личностям оставалось лишь скрипеть зубами, но предъявить нам было нечего. Мы чётко соблюдали пиратский кодекс, хоть у меня было страстное желание распечатать его дома в качестве туалетной бумаги.