Левый коридор забирал ближе к внешней обшивке, где располагались преимущественно технические помещения. Центральный уходил куда-то вниз, а правый спустя некоторое время вливался в настоящий лабиринт, где без карты можно плутать часами. Одной группы дронов здесь было явно недостаточно, и Шандайн немедленно выслала туда подкрепление.

— Хоть бы схему повесили, утырки, — недовольно проворчала разведчица. — У меня так «глаза» скоро закончатся.

— Они и так указали нам точное направление, — не согласился я. — Не забыть бы им потом спасибо сказать…

— О чём это ты?

— Взгляни на расположение отрядов.

Небольшие тромбы защитников в сосудах промышленного комплекса, помеченные красным цветом, на первый взгляд располагались в хаотичном порядке. Но стоило немного приглядеться, как становилось ясно, что в некоторых артериях они попадаются куда чаще. Сложив расположение всех групп невольников, можно было без проблем прикинуть, где прячутся стеснительные сэндпиксы. Будто пунктирные стрелочки, особо охраняемые коридоры указывали куда-то на верхнюю часть хаотичного сооружения.

— Точно! — Шани без труда проследила ход моих мыслей. — Но придётся прорываться самим — моих малышек туда не пустят.

— Работаем по той же схеме, — решил я, дублируя приказ по другим группам. — Глушим и обезоруживаем, после чего двигаемся дальше.

— Ох, кто-то будет страдать…

— Ничего, заодно новую экипировку проверим на крепость.

— Может, я вас здесь подожду? — невзначай предложил Зигзаг. — Буду болеть, как истинный фанат. Даже лозунг придумаю.

— У нас уже есть: «Фарш невозможно провернуть назад».

— Вот его и буду скандировать, правда!

— Просто держись за нашими спинами и не отставай, если хочешь жить.

Некоторые отряды рабов не держались одного места, а курсировали по заданному маршруту, поэтому существовал ненулевой шанс напороться на такой бродячий по кровеносной системе эритроцит. Мы-то все вместе отмахаемся, если что, а вот одиночка обречён.

Зная, точное расположение противников, никаких проблем с их нейтрализацией у нас не возникало. Спустя некоторое время мы с Кадзицу приноровились сшибать невольников портативными щитами прямо на бегу, экономя не бесконечный запас светошумовых гранат. Главным гренадёром являлась Шани, точно просчитывающая каждый пружинистый отскок снаряда. Не зря она столько тренировалась с резиновыми мячиками.

Никакие наспех сооружённые укрепления не могли остановить её новогодних хлопушек, и даже прячущиеся за углом засадники получали свою порцию праздника. Но чем ближе мы подбирались к центральной нервной системе комплекса, тем ожесточённей становилось сопротивление. Живые пробки были выставлены настолько часто, что это приводило к непредумышленным потерям от дружественного огня. А учитывая одни лишь тонкие комбинезоны на каждом из пленников, любое ранение могло стать смертельным.