— И что с ним стало?

— Я его взорвал в игре, а в реальности у него произошла аневризма мозга.

— А он точно помер?

— Да, я лично видел его дохлую тушку, — кивнул Гриша. — Мы тогда работали вместе, но мне удалось подчистить за собой. Не появись на горизонте Дружок, меня ни за что бы не подтянули.

— Ты имеешь в виду Тип-Топа? — хмуро переспросил Талтер.

— Да, тот самый. Он тогда работал на другую контору, улаживал последствия инцидента, но потом «Б. У. Л. А. Т.»-у удалось переманить его к себе. Понятное дело, что пришёл он к ним не с пустыми руками, а чуть позже приволок туда и меня.

— Что конкретно их интересовало?

— Прежде всего — эффект переноса. Как оказалось, наши тушки — всего лишь носители разума, и благодаря нейростимуляции инфу можно переписать. Да, там есть куча ограничений, но это в принципе реализуемо. Главное — чтобы люди были совместимы, как доноры, например. И всё равно, со временем личность постепенно отторгается туловищем. Что-то где-то идёт вразлад, и переселенец едет кукухой.

— Странно, мы ничего такого не заметили, — задумчиво проговорил Игорь.

— Ваш случай со всех сторон уникальный! — с воодушевлением выпалил связанный парень. — Был, по крайней мере. Никаких негативных эффектов, а главное — вы единственные смогли вернуться обратно. Исследованиями занимались не только в «Б. У. Л. А. Т.»-е, но никому так и не удалось совершить «реверс Талтера-Орлова».

— Получается, ты тоже работал в этом направлении?

— Не только. На меня повесили всё, что было связано с капсулами, а также с их взломом. Деваться мне особо было некуда, но и платили они совсем неплохо. Помимо меня у них на зарплате сидело несколько исследовательских групп и даже один небольшой институт. А потом случился этот чёртов прорыв с голограммами, после чего всё резко полетело к чертям… Я сам знаю немного, но первооткрывателей в живых не осталось — их якобы грохнули собственные создания во время одного из экспериментов. Это настолько впечатлило руководство, что они решили быстренько монетизировать обнаруженную уязвимость, пока про неё никто не знает. Так и появились пресловутые «Призраки».

— А как ты про них вообще узнал, при таком уровне секретности? — продолжил я допрос.

— Я писал первичный софт для голограмм, — признался Гриша. — Правда, меня довольно быстро перебросили на другой перспективный проект.

— Размороженные… Ты занимался взломом клановых хранилищ данных.

— И этим тоже. Но главное было — обкатать методику подмены личности во всех аспектах. Как я понял, у руководства на этом пунктик, самый настоящий.