— Сиди здесь. К окну не подходи.

— А если я захочу в туалет?

— Потерпишь. Ты же разведчик.

Застегнул сорочку, поправил ремень на брюках с золотыми лампасами, накинул камзол. Сбегал в уборную, причесал волосы и умылся. Ну вот — можно встречать покупателей.

На полной скорости спустился вниз, рискуя споткнуться и пропахать носом ступени. Музыканты на своих местах, наигрывают веселый мотивчик. Ромэль на крыльце — подтянутый и осанистый, как и полагается дворецкому. На охранниках чистая одежда синих тонов — со спины они очень похожи на местных полицейских.

Тут все нормально.

Бегу на кухню. Все столы заставлены подносами с закусками. Порезанная кубиками выпечка и сыры, нечто вроде тефтелей на палочках, корзинки из соленого теста с овощным фаршем, крохотные пирожные.

Пробовать не стал, полностью доверившись стряпухам. А вот бокальчик вина опрокинул для храбрости.

— Так, девочки, все замечательно. Берите подносы и становитесь в холле вдоль стен. Посты не покидать, гостям ничего не предлагать — пусть сами берут что захотят.

Пока все идет хорошо. По крайней мере, к мероприятию мы готовы. Странно только, что посетитель заявился столь рано. Край солнца еще не успел коснуться горных вершин.

Как и полагается радушному хозяину, я вышел на крыльцо и натянул на физиономию приветливую улыбку. Как вы думаете, кто прибыл на аукцион первым? Догадались?

Калас собственной персоной. В ослепительно белом костюме-тройке, широкополой шляпе и своим любимым хлыстом под мышкой. Рука все еще висела на ремне, лиловые синяки слегка припудрены.

Соседушка определенно задался целью меня позлить. В паланкин он «запряг» только женщин. Все они были в железных ошейниках и скованы общей цепью. Судя по ссадинам и характерным следам, Калас всю дорогу погонял рабынь. Сильно сомневаюсь, что они упирались подобно ослицам и отказывались идти.

Что же, своей цели садист добился. Но спровоцировать меня у него не вышло.

— Добрый день, Джен, — вежливо поздоровался гость и протянул руку. Пришлось ответить. — Я не рано?

— Немного. Я планировал начать после заката.

Калас поджал губы и оглядел плантацию. Все, что удалось спасти, уже убрали. А остатками кустов питалась Свинья по ночам. Хонто зарылась в землю по кончик ирокеза и спала, тихо похрюкивая. Как бы не пришлось ее оттуда силком тянуть. Ох и нелегкая это работа — из болота тащить бегемота. М-да…

— Хорошо, что ты до сих пор не пустил животину на студень.

Я пожал плечами.

— Глупо отрываться на скотине за собственную глупость. А что? Хотите купить хрюшку?

— Хрюшку? — Калас приподнял левую бровь.