Я велел остановиться и вошел в мрачное, прокуренное ароматными палочками помещение. Я ожидал увидеть почтенных старцев в мантиях, волшебные палочки и посохи, файерболлы и разряды молний… Но гильдия больше всего походила на сраный гадальный салон. Круглый стол посреди комнаты, на нем хрустальный шар. Вокруг сидят мадамы бальзаковского возраста в черных шалях и шляпках с вуалями. На шеях целые ворохи непонятных амулетов и талисманов. Длиннющие ногти выкрашены алым лаком, а макияж такой, что индейцы курят в сторонке свои трубки мира.
— Мы знали о твоем приходе, — хрипло сказала одна женщина. — Садись и внемли свою судьбу!
Меня аж затрясло от любопытства. Не, ну а если на самом деле колдуны? Когда есть огнестрел — магией особо не повоюешь. Снайпер снимет — и все, колдуй в ином мире. Но ведь другое колдовство должно остаться! Ромэль говорил, что тут есть целители. Так, надо однозначно все проверить самому.
Я сел на свободный стул. Женщины подвинулись поближе и склонились над хрустальным шаром. Я думал, что в нем, аки в Палантире, проявится будущее, но шар как был куском стекла, так и остался. Никакой реакции.
— Протяни десницу, о пришедший, — пропела волшебница.
Я протянул — с меня не убудет. Пока одна гадалка елозила по ладони пальцем, другие тщательно натирали шар. С тем же результатом.
Шарлатанки хреновы.
— Мы видим… — нараспев затянули женщины. — Мы видим… Ты явился издалека.
— Да нет, тут километров пять всего, — хмыкнул я и тут же спохватился — а какая в этой стране система мер и весов? Вдруг никто не знает, что такое километр. Не хватало еще навлечь на себя подозрения таинственными словечками.
— Мы видим… Мы видим… Тебе уготованы великие дела!
— Да-да, я и сам уже понял. А конкретнее можно?
— Мы видим… Мы видим…
Гадалки разом смолкли. Самая старшая — та, что поприветствовала меня, опустила руки и вздохнула.
— Забавно, но мы ничего не видим. Нить твоей судьбы не вплетена в ткань этого мира. Странно. С вас пятьдесят серебра.
— Сколько? — я аж подпрыгнул на стуле. — Но вы же ничего не сделали!
— Если б сделали, попросили бы в пять раз больше. Посеребри ручку, красавчик.
Я стащил с веревки золотой и бросил на стол. Забрал сдачу и направился к выходу, фыркая и мысленно матеря шарлатанок. Нить… не вплетена. Да идите вы в задницу!
— Молодой человек! — окликнула гадалка. — Не стоит посылать никого туда, может аукнуться.
Я вздрогнул, прикусил язык и пулей вылетел на улицу.
6
Читать я люблю с самого раннего детства. В те неспокойные девяностые годы я не ходил в садик, а оставался с бабушкой. А она большую часть жизни проработала учительницей начальных классов. Так что читать я научился года в четыре. Начинал с детских энциклопедий, потом перешел на потрясающую фантастику Беляева. Обожаю Киплинга и Твена. В школе (помимо более обидных прозвищ) меня называли ходячим справочником.